- Может не грипп? Просто простуда... – наивно предположил я, до ужаса боясь, что если это так и клоны заболеют оба, то я их дней десять вообще не увижу.
- Завтра будет видно... Сейчас нажрался таблеток, температура спала...
- Блин... хоть бы не грипп... Ты же тоже подхватишь, да? А я... один... черт...
- Успокойся... завтра будет видно.
***
Проснувшись утром во вторник, Ян не смог говорить, вызвали врача, обнаружили сильную ангину и до пятницы ему дали больничный, предупредив, что если к концу недели будет держаться даже невысокая температура, чтобы снова вызвали врача на дом.
Я знал, что буду дико тосковать от невозможности его видеть, но ничего другого не оставалось, как просто тупо ждать его выздоровления.
Святуся, гад, фашист чертов, меня к нему не пускал, боясь, что и я подхвачу инфекцию.
- Тебе можно быть рядом, да? А мне нет?
- Придурок, я плаванием занимаюсь, и мне не так-то просто заразиться! У меня иммунитет сильнее, понял? И не мечтай даже! Потерпишь пару дней! Ничего с тобой не сделается! И так перезваниваетесь по сто раз на день, блядь!
- Перезваниваемся, ага! Да он и слова мне сказать не может!
- Но ты-то можешь?
- Бли-и-ин, садист! Я скучаю!
- Это не смертельно!
Ну? И что можно было возразить? Да ничего.
Я просто возмущенно пыхтел, понимая, что этот засранец прав.
У Юрика для нас новостей не оказалось, но мы попросили у его соседа, того самого лаборанта, узнать, не остались ли в институте какие-то данные на Белку, может, есть возможность как-то связаться с ее родственниками..
А я продолжал скучать дальше, по нескольку раз в день просто звоня своему молчащему эмо и наговаривая ему на ухо всякую нежную, а иногда просто чушь... И знал, что, слушая мой голос, чего бы я ему там не нес, он улыбается.
В четверг Кир нам дал номер домашнего телефона родителей Белки, который сосед Юрика узнал даже и не в деканате, не в документах, оставшихся после зачисления в институт, а у ее земляка с бывшего курса ( кстати, как я понял, именно с этим парнем уже сталкивались Ян и Кир раньше, но толку от этого тогда было ноль), и, видимо, в самих оставшихся в институте записях не оказалось этого номера, иначе бы при другом раскладе, еще когда выясняли связи того иностранца, вышли бы на ее родителей.
Ну и мы позвонили по межгороду. Кстати, у Белки оказалась имя - Инна.
Короче, не стали вдаваться в подробности, когда позвонили, даже не сказали, что она уже не учится в институте, просто спросили, как можно ее найти или номер телефона. Мать ответила, что Инночка (блядина такая) потеряла свой мобильный и звонить ей пока приходится редко и на домашний телефон, так что нет возможности дать нам ее номер... А ее, если очень нужно, можно найти и в институте, на таком-то факультете, на таком-то курсе... и бла-бла-бла...
Угу. Коне-е-ечно... Как только, так и сразу...
- Блядь... надо было сказать, что их дорогая Инночка проститутка еще та, да еще и возможно, что с ВИЧ-инфекцией! Предки ее бы и сами быстренько нашли! – Святуся рвал и метал, когда мы выходили из главпочтамта, откуда и звонили.
Я улыбнулся:
- Знаешь, а эта хорошая мысль, кстати... Я так думаю, что если мы ее в ближайшее время не найдем, то так и сделаем, да?
- И не сомневайся даже... Долго я ждать не буду... Максимум неделю...
Вот, так что мы даже чуть успокоились после этого звонка ее родителям, по крайней мере, мы знали, что она им иногда звонит, а
***
И на самом деле до конца недели не было продвижений, и в пятницу, которую я так ждал, надеясь, что Яна выпишут, этого тоже фиг дождался... К нему даже голос еще не вернулся, какая там выписка, блин...
И в ту же пятницу отец мне заявил, что мы все вместе вечером едем на выходные за город в пансионат, и что уже забронирован для нас номер до понедельника.
Я чуть не взвыл сначала.
Ну да, я знаю: сауна, бассейн, массаж, бильярд, закрытый теннисный корт и все такое, но...
- Езжай, придурок... Вернешься как раз ко вторнику, а там, может, и Яна выпишут. Ты же видишь, что пока затишье... А потом, когда все соберемся, и подумаем, что делать дальше... Скорее всего, на самом деле придется снова звонить ее предкам и все выкладывать... – заявил мне Святуся, когда я позвонил ему, еще не решив, ехать или отбрыкаться от всей этой фигни.
Короче... без желания, но я поехал. И то, только потому, что Свят к этому отнесся нормально. Если бы я хоть капельку ощутил, что ему важно, чтобы я остался – ни фига не поехал бы конечно. И уж не мог я не пообещать моему чудовищу поотрывать все что плохо приклеплено к его телу, если надумает «вспомнить» в эти дни без меня о Доке или о других с этой компании... За что и узнал о себе много нового. Сука.
Ну... там было нормально в принципе, если бы не мамулины закидоны насчет обращения моего внимания на девушек.
- Ой, Ангел, смотри какая девочка симпатичная... А эта? У нее такая красивая улыбка! Ангел, а вон та? Нет? Ну чего ты кривишься? Пообщался бы...
Бля-я-я...
Хорошо хоть отец попросил ее оставить меня в покое, типа сам разберется, не маленький уже...
