Кивтикиан немного поделился тем, как протекает пандемия. С его слов, какие бы симптомы не наблюдались у человек, в конце концов, всё оборачивается смертью. Всех заболевших можно разделись на три группы: у первых наблюдается постепенное атрофирование мышц до полного отказа; у вторых — головная боль, которая со временем усиливалась и приводила к коме; у последних выявлена быстро развивающаяся пневмония, из-за чего дыхание, в конце концов, совсем останавливалось. Но суран скрывает всё это от людей, чтобы помимо пандемии не разразилась ещё истерия. Местные лекари и алхимики говорят прямую ложь о том, что человек обязательно выздоровеет. Но они умирали. Однако у некоторых выявился иммунитет к этим болезням. У них наблюдаются только лишь начальные этапы всех трёх заболеваний: онемение одной из конечности, лёгкая головная боль или затруднение дыхания. Но по прошествии двух или самое большее трёх толноров они полностью исцеляются. Константин предположил, что такие люди — потомки сустиазоров. Саткар сказал, что знает таких людей. Обычно суран, пытаясь объяснить начало очередной пандемии, говорит, что во всём виноваты эти фанатики, а после задался вопросом, а кто же, собственно, такие, эти сустиазоры. Константин поведал ему историю рождения Загриса, о закрытии восточного квартала, а также о тех, кто ходят в этот самый квартал, чтобы обучаться мудрости лича. Зератель узнал Зорагалдиум и даже рассказал, как однажды ему удалось поговорить с Зорагой. Всё это произошло в другом мире, где, как и тут, через определённый промежуток времени дух гибели пролетает над человеческими поселениями, распространяя чёрную хворь и обращая одного в жуткое лихо. Он искал встречи с ним, потому что Зорага очень сильно походил на бога. А, как он уже говорил, ему приходилось искать ответы даже у богов. И вот, как-то раз задержавшись в одном мире дольше обычного, он пытался подгадать время и место прибытия духа гибели. Он не понимал, по какому принципу смерть отнимает жизни. А потому просто посмотрел, какие районы раньше страдали от чёрной хвори, а какие нет, и обосновался в одном из городов, которые никогда не знали нашествия Зораги. Но всё же он прогадал. Благо, у него есть врождённая саткарская способность пользоваться пентаграммами как порталами. А потому, преодолев пространство с помощью своего перехода, он сумел предстать перед лицом духа гибели. Смотреть в сам лик Кивтикиан не мог, потому что при этом в сознании отпечатывается ужас собственной смерти. Однако, смирив себя, он воззвал к Зораге, и тот отвечал ему. Он просил даровать ему исцеление. Но смерть сказал ему, что единственное исцеление, которое он может дать, — это, собственно, вечное небытие. Тогда саткар уж точно перестанет страдать от своего вампиризма. А иного он не может дать и лишь присоветовал молить Йора о пощаде. Быть может, творец чудес и чудовищ совершит чудо ради чудовища. Конечно, зератель взывал к тому, кто сотворил Аргерона, однако ответа не было. И так до самого входа в эт’сидианские врата они шли и обсуждали, кого именно Зорага выбирает для обращения в бессмертного. А Кивтикиан Архирус так и забыл рассказать, как связано его путешествие по Лордиалеху с той самой пандемией.
Было принято решение разделиться на два отряда: Лукреция, Лукас и Алиса двинутся к руинам Эн’сутелина, чтобы навестить зоралиста и присоединить его к себе. Константин, Влад и Кивтик направятся в Эт’сидиан, чтобы рассмотреть происхождение чумы, присоединить к себе сустиазоров, а после обратить весь город в некрополис.
