– Смерти, – снова закончил за нее фразу Артемис. – Понимаю. Я до сих пор ощущаю тягу к записям. – Он снял кольцо со среднего пальца. – Это мой коммуникатор для связи с волшебным народцем, помнишь? Я вел видеодневник. Увлекательное зрелище, по-моему.
Жеребкинс взял кольцо.
– Разреши переправить его Аргону. Это позволит ему хоть немного во всем разобраться, прежде чем он привяжет тебя к креслу для помешанных. – Тут кентавр осознал бестактность сказанного. – Извини. Кобыллина постоянно твердит, какой я бесчувственный. Нет никакого кресла для помешанных, скорее там диван или кровать.
– Жеребкинс, мы все поняли, – перебила его Элфи. – Большое тебе спасибо.
Кентавр процокал к автоматической двери палаты.
– Ладно. Постараюсь отправить кольцо как можно быстрее. Еще увидимся. Кстати, берегись зловредных четверок.
Артемис поморщился. Элфи права. Синдром Атлантиды – это не смешно.
Эльфийка села на стул рядом с его койкой. Очень современной, со стабилизаторами и амортизаторами, но, к сожалению, коротковатой.
– Ты растешь, Артемис.
Юноша едва заметно улыбнулся.
– Знаю. В некоторых отношениях недостаточно быстро.
Элфи взяла его за руку.
– Если хочешь, можешь попробовать вывести себя из равновесия, только вряд ли получится. Жеребкинс накачал тебя таким количеством успокоительных средств, что лошадь и та бы уже давно спала.
Они оба улыбнулись этой шутке, но Артемис был слишком подавлен.
– Это не походило на наши обычные приключения, Элфи. Раньше кто-то одерживал верх, и в итоге мы становились богаче. Но на этот раз столько народу погибло, причем невинного, а никому лучше не стало. И все ради любви. Я даже не могу думать о Финте как о злодее – он просто хотел вернуть жену.
Элфи сжала руку Артемиса.
– Все могло обернуться гораздо хуже, не окажись мы в нужное время в нужном месте. Номер Первый жив благодаря тебе, не говоря уже о тех, кто находится на борту этого судна. Как только ты оправишься, мы займемся спасением мира при помощи твоего «Ледяного куба».
– Отлично. Это по-прежнему очень важно для меня, правда, я уже готов немного пересмотреть условия.
– Гмм. Я так и думала.
Артемис глотнул воды из стоявшей на тумбочке чашки.
– Я не хочу становиться совсем прежним Артемисом. Именно мое старое «я» привело к возникновению синдрома Атлантиды.
– Ты совершил некоторое количество скверных поступков, Артемис. Но не станешь их повторять. Позволь им остаться в прошлом. Отпусти их.
– Правда? По-твоему, такие вещи можно просто отпустить?
– Не так уж просто, но с нашей помощью у тебя получится, если ты на самом деле этого хочешь.
Артемис закатил глаза.
– Процедуры и микстуры, смилуйся небо…
– Доктор Аргон несколько тщеславен, но он хороший специалист. Возможно, лучший. Кроме того, уверена, Номер Первый даст тебе волшебный антидот и удалит остатки искр у тебя из организма.
– Судя по твоим словам, будет больно.
– Возможно. Но ты среди друзей. Хороших друзей.
Артемис сел, откинувшись на подушки.
– Я знаю. А где Мульч?
– А ты как думаешь?
– Наверное, он сейчас на камбузе. Внутри какого-нибудь холодильника.
– И ты, скорее всего, прав.
– А как дела у Джульетты?
Во вздохе Элфи звучали одновременно любовь и озабоченность.
– Она решила устроить поединок с огромным пикси, имевшим неосторожность отпустить комментарий насчет ее косы. Пока я делаю вид, будто ничего не знаю, но скоро мне придется вмешаться.
– Жаль этого пикси, – заметил Артемис. – А где Дворецки? Как по-твоему, он сможет когда-нибудь мне доверять?
– Думаю, уже доверяет.
– Я должен поговорить с ним.
Элфи бросила взгляд в сторону коридора.
– Чуть попозже. Он занят очень щекотливым разговором по телефону.
Артемис мгновенно догадался, с кем беседует его телохранитель. Очень скоро ему самому предстояло сделать подобный звонок.
– Ладно, – произнес он беспечно, хотя синдром Атлантиды по-прежнему бурлил у него в висках, не позволяя испытывать беспечность.
«Упорядочи то, – твердил синдром. – Сосчитай это. Берегись четверок. Четверка – смерть».
– Я слышал, ты встречаешься с Трубой Келпом. Вы не планируете в ближайшее время расположиться биваком?
Дворецки поймал себя на приступе клаустрофобии. Ему определенно казалось, будто стены сжимаются вокруг него. И дело было не в коридоре, предназначенном для существ вдвое меньших размеров. Единственным местом, где он мог выпрямиться в полный рост, оставался спортивный зал, но это помещение не очень подходило для разговора, поскольку в данный момент младшая сестра вышибала там дух из гигантского пикси на глазах у врачей и пациентов. Скоро они станут боготворить Нефритовую Принцессу.
Дворецки сполз по стене на пол и достал телефон Артемиса.
«Может, здесь нет доступа к сети», – с надеждой подумал он.
Но доступ, разумеется, был. На целых четыре деления. Артемис проектировал свой телефон под доступ к любым сетям, включая военные и сети волшебного народца. Аппарат мог выйти из строя, только оказавшись на Луне.
«Ладно, не тяни. Набирай».
