– Его зовут Леон, – прошептала Карима, – Леон Редвей. – У неё вдруг перехватило горло и защипало глаза.
– И когда же ты наконец вернё… – начала мать, но Карима уже нажала «отбой».
Небо было серым, как рифовая акула, моросил дождь, а стеклоочистители размазывали грязь по лобовому стеклу. Поездка, казалось, тянулась бесконечно. Наконец Карима доехала до верхнего плато, откуда вёл головокружительно крутой спуск в долину. При других обстоятельствах Карима припарковалась бы где-нибудь в кустах и пошла дальше пешком, но сейчас на это не было времени. Где же включается полный привод? Где-то была кнопка – а, вот она!
Прошептав «Вперёд», Карима убрала ногу с педали тормоза, и машина под собственным весом покатилась вниз по почти отвесной грунтовой дороге. «Господи, я же вот-вот перевернусь!» Карима едва не вскрикнула, но от страха у неё перехватило дыхание.
А потом она приехала в долину. Остановившись, Карима включила нейтральную передачу – двигатель урчал на холостом ходу. Футболка на ней промокла от пота, ноги подгибались. Карима попыталась добежать до посёлка, но из-за боли в левой ноге ей то и дело приходилось останавливаться.
На полпути её перехватил молодой азиат Джонни:
– Ну что, вернулась? А где Леон?
– Его схватили, – выдавила Карима.
Через несколько минут она стояла на площадке для собраний и рассказывала окружившим её ноу-комам, что произошло. Молодые люди серьёзно её слушали.
– Длинный Т., попробуй связаться по рации с Джоной Симмондсом – может, он на «Милой Люси» сейчас поблизости, – спокойно скомандовал Джонни. – Карима, принеси всё, что тебе понадобится в пути, вещи Леона – у Эллин. Лия, вы с Каримой примерно одного телосложения – одолжишь ей купальник? А ты, Таммо, подготовь самую большую доску для сёрфинга, чтобы провезти Кариму через прибой к судну.
Эллин ждала у двери хижины, держа в руках вещмешок с окси-скином Леона. Лицо у неё было озабоченное:
– Бедный Леон. Лучше бы остался здесь и наслаждался жизнью. Если он скажет ARAC, откуда узнал о проекте «Горячие источники», к нам скоро нагрянут непрошеные гости.
– Он ничего не скажет, – убеждённо проговорила Карима, хотя сама не была в этом уверена. – Не станут же его пытать? ARAC ведь не мафия.
– У крупных концернов свои методы расправы, – с горечью ответила Эллин, и Кариму бросило в дрожь.
Перед глазами у него была сплошная чернота, но он чувствовал, как бриз ерошит ему волосы. Леон глубоко вдохнул, и сердце у него сжалось от тоски.
Свежий солёный воздух прогнал из носа вонь вертолётных выхлопных газов и солярки. Вертолёт только что приземлился второй раз – судя по отсутствию привычных бортовых звуков, уже не на «Фетиде». Леон слышал лишь крики чаек да плеск волн, бьющихся обо что-то твёрдое. В лицо ему попали брызги. Где они с Тимом находятся – неужели на платформе посреди моря?! На глазах у него была тёмная повязка, а снять её он не мог: руки были по-прежнему связаны.
– Почему вы не доставили меня на корабль? – выдавил он. – Не хотели, чтобы меня кто-нибудь увидел?
– Сначала вытру тебе кровь, – пробормотал Тим, и Леон почувствовал на лице влажное полотенце. Благодарить Тима он не стал. От мысли, что приёмный отец его сдал, было больнее, чем от ушибов.
– Мне правда очень жаль, – повторил Тим уже, наверное, в десятый раз. – Мы не собирались причинять тебе вред.
– Да неужели? – презрительно усмехнулся Леон. И почему он только не послушал Кариму?! Надо было поговорить с Тимом по телефону – тогда бы он сейчас был вместе с Люси и Каримой… Ах, Карима… Он уже сейчас по ней скучает…
Когда они сделали посадку на «Фетиде», Леон услышал, что к ним в вертолёт кто-то подсел, а теперь понял, кто это.
– Рада тебя видеть, Леон, – произнёс хрипловатый низкий голос – Фабьенн Роджерс! По голосу Леон почувствовал, что она улыбается. Не дожидаясь ответа, она продолжила: – Ну что, идём?
Кто-то развязал ему руки. Леон подумал, не спрыгнуть ли с края этой странной платформы в море, доверившись океану. Но кто знает, далеко ли отсюда до берега. Десять миль он, может, и проплывёт, но не двадцать – тем более без ласт. Леон хотел сорвать с глаз чёрную повязку, чтобы оглядеться, но снова ощутил прикосновение Тима.
– Здесь лестница – держись крепче, сейчас будем спускаться, – тихо проговорил Тим, положив руку Леона на перекладину лестницы, колеблющейся от качки. Леон и сам не знал, почему послушался и полез вниз. Судя по изменившимся звукам, он приближается к поверхности воды. Волны бьются о стальной корпус…
– Так, а теперь в люк и вниз.
Леон услышал шипение закрывающегося как в герметичных системах люка – они что, на подводной станции? Запахи были очень знакомыми: сталь, резиновые уплотнители и свежая краска.
Положив руку ему на плечо, приёмный отец вёл его вниз по ступенькам – пролёт за пролётом. Если это станция, то самая странная, на каких ему доводилось бывать!
Наконец они дошли до какой-то двери – она отворилась и тут же закрылась за ними.
– Всё, можешь снять повязку, – сказал Тим. – Извини, это просто мера предосторожности. Об этом месте мало кто знает и не должны узнать.
