Это стальное «завтра» повисло над столом, словно набрякшая грозовая туча. И словно первые, самые тяжелые капли дождя, простучали шаги. Прочь. Из столовой. Не оглядываясь. Один разгневанный принц в белом с золотом сюртуке, и два его спутника — в черном мундире МБ и черном старинном камзоле.
И нет, ее сердце не будет больше обрываться и падать только оттого, что ни один из них не обернулся.
А через мгновение поднялся и отец. Тяжело. Хмуро. И сквозь эту тяжелую хмарь улыбнулся Шуалейде. Не губами. Глазами.
«Ты все сделала правильно, дочка. Ты умница. Все будет хорошо», — говорили его глаза.
И Шу наконец-то вдохнула полной грудью.
Да. Она все сделала правильно. Нельзя играть в дипломатические игры с Люкресом. Он намного сильнее и опытнее в интригах, чем едва явившаяся в столицу девчонка. Ей еще учиться и учиться. Было бы только у кого.
Король покинул столовую, Кай с Шуалейдой вышли следом за ним, Ристана — вроде бы и вместе с ними, но все равно сама по себе. И только двери за ними закрылись, в столовой загудели, зашушукались придворные, обсуждая скандал.
— Что ж, вам хотя бы хватило ума отказаться от короны, сестра моя, — проскрипела Ристана, оглядывая Шуалейду с ног до головы. — Но самое лучшее, что вы можете сделать для Валанты — это исчезнуть вместе с вашей Линзой.
— Ристана, прекрати, — устало велел отец. — Ты могла бы поддержать сестру, поделиться опытом, научить…
— Смешно, ваше величество. Чему могу научить сумрачную шеру целой второй категории я, никому не интересная бездарность? Моя дорогая сестра лучше всех все знает! Советовать ей — что кормить уток жемчугами.
— Я сказал, прекрати, — нахмурился король. — Если тебе нечего сказать по делу, лучше помолчи.
— Как прикажете, ваше величество. — Ристана присела в нарочито глубоком реверансе. — Позвольте мне удалиться к вышиванию, раз я вашему величеству не нужна.
— Ступай. И вы тоже ступайте пока к себе. Я позову вас позже.
Шу с Каем поклонились отцу, проводили его, удаляющегося по галерее к своим покоям, настороженными взглядами и, только когда он скрылся за дверьми, переглянулись.
— Кай… — неуверенно начала Шу. — Я не знала, как еще.
— Все уже сделано, нет смысла жалеть.
— Я… я пойду к себе. Надо…
— Нет уж. Сегодня я не оставлю тебя одну, — покачал головой Кай и наконец-то обнял ее, прижал к себе. — Ты все сделала правильно. Хотя отказываться от короны было необязательно.
— Обязательно, — хмуро возразила Шу. — Мне не нужны претенденты на Валанту.
— А кто тебе нужен, Шу? Полковник Дюбрайн?
— Нет. Мне никто не нужен, Кай. Никто, кроме тебя, — твердо сказал Шу.
И верила в то, что сказала, целых…
Целый час, пока в покои принца Каетано не явился посыльный от их императорского высочества. А вместе с ним — ощущение грозы, которая уже разразилась, и молнии, летящей прямиком ей в голову.
Лейтенант гвардии принца в белом с золотым кантом мундире остановился в шаге от порога, церемонно поклонился и начал:
— Их императорское высочество Люкрес шер Брайнон… — дальше следовало перечисление всех двенадцати титулов, до которых Шу не было никакого дела, — приглашает ваши королевские высочества почтить своим присутствием казнь государственного изменника.
— Казнь? — переспросила Шу, холодея и не желая верить ужасному подозрению.
— Какого еще изменника? — присоединился к ее вопросу Кай.
— Прошу прощения, ваши королевские высочества, я не знаю. Мероприятие состоится через четверть часа на плацу.
Лейтенант снова поклонился, Кай жестом разрешил ему удалиться, а Шу так и стояла — не шевелясь, не моргая — и пыталась заставить себя позвать Дайма. Просто чтобы убедиться: ее страх — глупость. Ну глупость же! С какой стати Дайму оказаться изменником? Нет, наверняка не он. Уж скорее Бастерхази! Хотя шиса с два Дайм бы позволил кому-то наказать темного шера по заслугам…. Нет, наверняка это кто-то совсем другой, кого Шу не знает.
«Дайм, — позвала она мысленно, — что там у вас происходит? Дайм!..»
Несколько секунд она ждала ответа, но не почувствовала ни эмоций, ни звуков, ничего, кроме пустоты. Словно ее зов провалился в глухой болотный туман.
Шу стало страшно. Может быть, потому что Дайм не стал бы ставить ментальные щиты? Или потому что эти щиты были не его? И даже не Бастерхази? У темного шера щиты — зеркало и огонь, они пахнут иначе. Не болотом и кровью.
— Шу, что с тобой? — Кай взял ее за руку, заглянул в глаза.
— Дайм не отвечает. Мне как-то не по себе.
— Наверное, занят, — пожал плечами брат. — Ты же не думаешь, что изменник — он!
— Нет, но… — Шу нахмурилась, до боли ясно вспомнив, как совсем недавно Люкрес уже обвинял Дайма в измене и смерти Саламандры. К сожалению, с полным на то основанием. — Я не знаю.
— Полковник Дюбрайн не может быть изменником. Он — сын императора, — уверенно сказал Кай. — Идем. Я не знаю, что именно задумал Люкрес, но скажу тебе точно: все затеяно ради того, чтобы ты согласилась на брак. Не поддавайся. Что бы ни случилось, не поддавайся ему.
— Спасибо, Кай, — выдохнула Шу, позволяя брату себя обнять. — Ты же будешь рядом, а значит — я справлюсь.
