Четыре года назад, первый раз зайдя по поручению Махшура в банк, Стриж не понял, что же ему такое кажется. Спросить наставника он побоялся — ни о чем подобном тот никогда не говорил. Признаться, что мерещится всякая ерунда? Тем более что ни показать, ни объяснить толком, что же он чует, Стриж не мог. Зато выспросил дру Ульриха.
Тот охотно рассказал, что над охраной банка работали знатоки рунной науки. За несколько лет, что строилось здание, рунмастера сплели надежный кокон, сквозь который не сможет проникнуть ни истинный шер, ни Рука Хисса. И совершенно нормально, что Стриж что-то такое чует, это предупреждение: не лезть в хранилища гномов, если жизнь дорога.
Стриж и не собирался. До сегодняшнего дня. Но не мог же он пустить брата одного!
Сегодня нити светились ярче. Чтобы их заметить, не приходилось прикрывать глаза. Достаточно было лишь чуть сосредоточиться.
— Заказная бандероль дру Миллю, — подойдя к конторке, тихо произнес Стриж в склоненную над бумагами форменную круглую шапочку.
Деловитый гном с заплетенной в три косицы русой бородой поднял голову, оглядел Стрижа сверху вниз и обратно.
— Распишитесь здесь, — велел гном и выложил раскрытую посередине толстую разграфленную тетрадь.
Стриж поставил в тетради закорючку и протянул конверт.
— Отдайте дру Миллю сейчас, это очень срочное письмо, — попросил Стриж.
Конечно, Седой велел отдать лично в руки и тут же сматываться, но что-то Стрижу не хотелось углубляться в банковские закоулки. Да и отсюда сматываться намного удобнее.
— Срочное? Хорошо. Сейчас, — еще раз оглядев Стрижа, ответил гном и позвонил в колокольчик.
Тут же из-за прикрытой миртами в кадках двери появились двое охранников.
— Проводите достопочтенного к дру Миллю, срочная корреспонденция, — распорядился служащий и вернулся к своим бумагам.
— Сюда, достопочтенный, — велел один из охранников, отворяя перед Стрижом дверь.
И ведь не откажешься! Сразу поймут, что здесь что-то не так, и ни за что не понесут письмо Миллю. А значит — Стриж провалит задание, которое должен был выполнить Шорох. Шис. Как-то все неудачно пошло.
Стриж понял, что влип всерьез, едва за ним и двумя гномами захлопнулась первая дверь. С сытым таким чавком. И что он, дурак такой, не подумал, как будет ее открывать? Он даже оглянулся, отчаянно желая, чтобы чавк ему померещился!
Но нет. Дверь словно проросла в стены такими же хищно мерцающими нитями рунной защиты, а мантикорья морда вместо дверной ручки ехидно скалилась. И как Стриж теперь будет отсюда выбираться?
— Идите, достопочтенный, — подбодрил его один из гномов-сопровождающих.
Ничего не оставалось, только идти дальше, как и положено нормальному посыльному. Идти, думать и смотреть во все глаза. Чем-то же гномы открывают свои заколдованные двери, и это что-то ему надо будет спереть. Дел-то.
Идущий впереди гном остановился перед еще одной дверью и коснулся оскаленной морды мантикора, заменяющей двери ручку. Раздался мелодичный звук, и створка раскрылась.
Ни ключа, ни амулета. Двери что, узнают своих по запаху? Проклятье!
— Ух ты, прям как живая, — сделав морду наивного простака, восхитился Стриж. — Это что, магия? А она не укусит?
Гном хмуро обернулся к нему, но, встретив полный детского восторга взгляд, вдруг улыбнулся.
— Руны, малыш, — сказал он. — Не вздумай совать руки, откусит.
— Но вас же не кусает… Ух, она скалится!
Гном только покачал головой, дивясь идиотизму людей, и показал Стрижу правую руку в перчатке, расшитой рунами и пронизанной такими же нитями, как все вокруг.
— Я же сказал, руны.
Решив первую загадку, Стриж чуть-чуть успокоился. Рунные перчатки, значит. Что ж, добыть перчатку — совсем просто. Свернуть шеи обоим гномам, забрать перчатку, нырнуть в Тень — и пока охрана не опомнилась, бежать!
Вот только следующая дверь уже открылась, и за этой дверью была лестница и еще пара вооруженных до зубов коротышек. А главное, охранные нити еще плотнее. И кто поручится, что если убить этих четверых, не поднимется тревога?
Шис! Вот кого точно стоит убить, так это Седого Барсука!
А пока — не паниковать. Он выберется. И не станет убивать гномов. Они не виноваты, что Седой — не барсук, а шакал.
Не паниковать и никого не убивать с каждым шагом становилось все сложнее. Тени манили обманчивой безопасностью и вседозволенностью. А насмешливые взгляды вооруженных до зубов коротышек, оставшихся внизу, жгли затылок.
Еще одна дверь, с лестницы в коридор, сыто лязгнула, захлопнулась за Стрижом и двумя его сопровождающими. Здесь охранников уже не было, но мерзкое ощущение взгляда в спину никуда не делось. Наоборот. С каждым шагом по застеленному ковром коридору страх нарастал. Вместе с уверенностью: стоит шагнуть за порог кабинета Милля, обратно не выйти. А до двери с золотой табличкой совсем близко…
И что там такое в конверте — Стриж тоже не знает. Седой обещался, что какая-то пакость, которая отвлечет дру Милля и банковскую охрану, но веры Седому у Стрижа как-то поубавилось.
Нет уж. Пора сматываться!
— А! Гвоздь! — подскочив на месте, возмущенно заорал Стриж и запрыгал на одной ноге, схватившись за другую и морщась.
