Ратуша располагалась в доме с множеством углов и надстроек, когда-то принадлежавшем основателю Вурмштедта, одному уже умершему волшебнику. В нём время от времени терялись даже многолетние сотрудники. Волшебник долгие годы постоянно что-то пристраивал, и поэтому у здания были заострённые, угловатые и округлые фронтоны, построено оно было из трёх видов кирпичей и окрашено в восемь разных цветов.
– Ужас! Кошмар! Зигфрид, почему вы наконец что-нибудь не сделаете? – жаловался бургомистр Титус, совсем крошечный гном, который для удобства пользовался не громадной роскошной входной дверью, а дверцей для кошек.
– Нет, мы что-то делаем, – защищался Зигфрид. – Сотни помидоров мы уже…
– Делайте БОЛЬШЕ! – вскричал Титус, прыгая туда-сюда от ярости.
– Да, разумеется, – взял себя в руки Зигфрид. – Но для этого нам нужно больше дубинок. Дубинок покрупнее!
– У нас остались только хоккейные клюшки, – вмешался в разговор его помощник, но никто не обращал на него внимания.
– Знаете, что я сделаю? – провопил бургомистр. – Я объявлю награду тому, кто положит конец этому бедствию! Точно, так и поступлю!
Джессеми и её коллеги, вскинув брови, переглянулись. Эти слова им понравились! Вот только пока никому неведомо, удастся ли им когда-нибудь распутать это дело. Сейчас всё складывалось скорее плохо.
– Мы не сдадимся, – заверил Чешуйка и прошептал коллегам: – Сегодня ночью опять наблюдаем за больницей.
– Как скажешь, – улыбнувшись одному из собратьев Граувакки, с лёгким сомнением в голосе сказала Джессеми. – Твоя теория, конечно, хороша, но я не уверена в том, что она верна.
Чешуйке пришлось признать, что он и сам не уверен. Но наличие хоть какой-то теории всё же лучше, чем её отсутствие.
Волшебник умер несколько лет назад, но его кошки по-прежнему жили в здании ратуши. На площади перед ратушей стояла каменная статуя основателя города, их прежнего хозяина. Раньше в руках он держал каменную кошку. К сожалению, по ней однажды попали кулаком дерущиеся тролли, и она раскрошилась. С тех пор на руках у статуи, сменяя друг друга, лежали кошки настоящие.
– К сожалению, кошки тоже не знают, кто в ответе за появление безумных овощей, – прошептал Граувакка, когда ночью они во второй раз залегли в засаду у больницы. Он сидел на ветке, навострив уши.
– Жаль! Интересно, появится ли кто-нибудь сегодня, – так же шёпотом отозвалась Джессеми, которая вела наблюдение со своей ветки.
– Подержите кто-нибудь лестницу, – попросил Чешуйка, который в этот раз притащил с собой один инструмент. И, пока он, пыхтя, карабкался на дерево, лестницу крепко держала Джессеми.
– Ха! Справился! – возликовал он, усевшись на толстой ветке. – Драконы всё-таки умеют лазать по деревьям.
Джессеми и Граувакка обменялись хитрой улыбкой. Общими усилиями они втянули лестницу наверх, и Джессеми уложила её в кроне дерева. Хм, эта штуковина совсем немного торчит сбоку. К сожалению, тут ничего не поделаешь.
Но именно в это время мимо проходил Зигфрид со своими полицейскими! Вид у них был угрюмый, словно за последнее время они слишком мало спали. Их дубинки украшали остатки овощей самых разных цветов.
– Нам просто нужно больше людей, – пояснял своей команде светловолосый, немного не вышедший ростом начальник полиции. – Гораздо больше людей!
– Э-э-э… шеф…
– Нам приходится быть буквально повсюду! И как же нам справиться с этой напастью, если у нас не будет оружия получше?
– Шеф…
– Прекратите постоянно меня перебивать!
Тем не менее один из полицейских отважился заговорить:
– Шеф, там из дерева лестница торчит.
Джессеми мысленно застонала. Кроме того, её беспокоило, что ветка, где сидит Чешуйка, только что треснула. Этот звук не предвещал ничего хорошего.
Услышали треск и полицейские.
– Кто здесь? – громовым голосом осведомился Зигфрид. – Немедленно выходите!
Ветка обломилась. Её зелёный друг-дракон, упав с дерева, словно неспелое яблоко, приземлился прямо под ноги Зигфриду. Застонав (на этот раз вслух), Джессеми прыгнула следом, чтобы коллеге не пришлось сражаться с этим надоедой в одиночку. Точно ей на плечо спрыгнул и Граувакка, с его стороны было очень любезно тут же втянуть когти.
– Смотри-ка – якобы детективы, а на поверку обыкновенные нарушители спокойствия, – набросился на них Зигфрид, потому что из окон опять повыглядывали жители соседних домов. – Что вы здесь делаете?
Чешуйка поднялся.
– Мы ведём наблюдение, – с достоинством ответил он.
– Именно так, – скрестив руки на груди, прибавила Джессеми. – Есть возражения?
– Сто процентов, – сказал Зигфрид. – Вам однозначно запрещено наблюдать за людьми с дерева по ночам!
– И кто это сказал? – поинтересовался Граувакка.
– Я СКАЗАЛ! – Зигфрид напоминал что-то среднее между троллем и трубой. – А я здесь НАЧАЛЬНИК ПОЛИЦИИ, если вы забыли! Сейчас же убирайтесь отсюда, понятно?
Этот тип действительно невыносим. Иногда Джессеми представляла себе, как запихивает его головой в муравейник.
