Мужик был огромный. Лежал он ко мне широченной спиной, и женская часть моей личности не смогла отказать себе в чисто эстетическом удовольствии. Можно просто молча стоять и разглядывать жгуты стальных мышц под форменной тонкой одеждой. Форма была в точности такой как та, которая с Марка отлично недавно снималась. Значит, попала по адресу.
Ну что же, будем чинить неприятности котикам, а что делать. Уходить я не собиралась категорически.
Собралась крепко с духом, сделала шаг вперед и осторожно тронула за плечо того-самого-страшного-Макса.
А я не боюсь, между прочим!
И зря.
Молниеносный захват стальной клешней пальцев, рывок за запястья, кувырок через голову, и я оказалась под ним. Пискнуть? Да я даже об этом подумать бы не успела!
И тот, кто смотрел на меня сейчас злющим взглядом хищника, страшно и дико голодного, тоже, похоже, все это успел провернуть не подумавши.
— Здрасьте! — лежу я такая расплющенная под центнером роскошного мускулистого веса и наглейшим образом на лицо его пялюсь.
Тут было на что засмотреться, скажу откровенно. Еще парочка им подобным и я точно решу, что все шикарные мужики этого мира собрались в одном заведении. Этот был просто ошеломителен. Потрогать такого хоть пальчиком и умереть. Что скоро со мной и грозило случиться. И смерть на меня надвигалась позорная: от расплющивания на диванчике в позе пойманной в луже лягушки.
Он всего двумя пальцами держал оба запястья в захвате, вытянув их над дурною моей головой. И молчал. Вот ведь бездна, лишайные черти морские и африканские пряники, что мне с ним делать?
— Забавно ругаешься. — Пророкотало над головой.
Упс. Вечно я мысли свои громко ляпаю вслух.
— Слава Богу, говорю! — дыхание мое неумолимо заканчивалось, пришлось попытаться поерзать.
Затея была изначально провальной, все равно что метаться под катком асфальтоукладчика.
Но Макс удивился, даже бровь приподнял и зачем-то ко мне явно принюхался. В следующую секунду я вдруг оказалась уже прямо сидящей на коже дивана. А этот стремительный и непредсказуемый тип одним долгим и невероятно красивым движением очутился напротив, присев прямо на стол.
— Это в связи с какой радостью мы всуе припоминаем Создателя? — он медленно начал закатывать рукава и мне стало дурно. Он что тут, пороть меня будет? Или съест просто за завтраком?
— Счастье, говорю что я уже замужем за Котом. Таких, как вы надо прятать от женщин. Не стыдно?
Что я несу? Сдурела в последнее время Илона.
Он опять удивился. Потом зачем-то чертыхнулся шипяще на незнакомом мне языке (по тону было понятно, что знатно и смачно ругается).
— Оригинальная ты. Я так понимаю, та самая? Меня очень просили принять по личному делу какую-то сумасшедшую. Это все, или ты еще что-то хотела сообщить?
Я радостно закивала. Не выгоняет и ладно.
— И что за такие дела? Говоришь, жена Марка? Недальновидно и соболезную.
Я секунду-другую пыталась понять то последнее слово, что он произнес. Соболезнует? Но ведь… Как же? Я же видела, что он жив? Значит… Как?!
Эта буря эмоций налетела сокрушительным шквалом, наотмашь ударила, будто в голову выстрел и погасила сознание. Шмяк и на пол.
Вот не надо меня так трясти. И рычать на меня так не надо.
Рык почти прекратился, нашатырная вонь испарилась, руки на плечах замерли.
— Жива? Вот ведь Кота угораздило. Да нормально с ним все! В Москву утром еще улетел, там будет работать пока. Я иносказательно высказался, поняла?
Я ему дам, “иносказательно”! Медленно, но решительно руки с плеч убрала, выпрямилась и снова села. Голова кружилась отчаянно.
— Мы с вами на “ты” не переходили, уважаемый Максимилиан. Если сказать вам больше нечего, то я пошла. Сама разберусь со всеми этими вашими “демонами”, ясно?
Кошачьи глаза воззрились на меня с изумлением. Тигр. Точно, у них характерный вид радужки. Но почему голубоглазый? Тьфу, да это неважно уже.
С дивана сползла и покачиваясь пошла к выходу. Визит с самого первого шага у нас не задался, ну и ладно.
— Постой, курица!
— От блохастого слышу, прощайте.
Даже не обернулась. Подумаешь, “тигр”.
— Да постой же ты! На Кота человечки кидались, как мухи на мед. Мы все с этим сталкиваемся. На всех, кто “женой” посчитал себя и внимания не обращаем.
— Мухи на дерьмо обычно кидаются. И зачем вы меня останавливаете? Муха и муха. Тапком прибили и все.
Все еще не оборачиваясь, я положила пальцы на ручку двери.
— А ты не знаешь? Серьезно? — Макс проговорил это тихо, но в голосе не прозвучало иронии.
Я оглянулась через плечо. Молча стянула с плеча ворот блузки, пуговку расстегнула, и продемонстрировала ему свое неснимаемое украшение.
Еще пару дней тому как выглядевшее просто старым шрамом, теперь это “чудо природы” медленно расползалось причудливым золотистым узором под кожей. Очень красиво и устрашающе-непонятно.
Тигр гулко сглотнул. Да так громко, что кабинетное эхо ему отозвалось.
— Быстро на место вернулась! — рыкнул громко. Причем — на меня!
Ага. Разбежалась.
— Я туда и иду. Мне здесь точно не место! — ручку сильно нажала и толкнула массивную дверь.
