Я держалась, противостояла всему, в том числе собственному желанию умереть молодой, потому что рано поняла, что мне остается одно – жить затворницей с моими котами, среди вас, но на расстоянии, в старой шкуре старой женщиной, которую кормят и опекают из чувства долга, мечтая, чтобы она поскорее отправилась на тот свет и избавила окружающих от зрелища своего упадка и дряхлой немощи. Да, я выживала все это время, сама не знаю зачем, по привычке, позволяла рутинному течению времени убаюкивать себя, хотя иногда мне казалось, что оно тянется невыносимо долго. Я молилась, чтобы смерть забрала меня во сне, чтобы завтра не настало, и… просыпалась с надеждой, что новый день может оказаться не самым плохим и его стоит прожить… Так продолжалось до нынешнего момента. До сегодняшнего дня, когда я сижу напротив тебя, моего правнука, и не знаю, что на самом деле творится за стенами, но мне это и не нужно. Я понимаю, что вещи – я имею в виду не только годы и события, но все вещи, детали, слова, жесты, самые незначительные моменты, о которых никто из нас ничего не помнит, – породили то, что должны были породить, привели нашу семью к гибели, а окружающий мир к крушению.
