В лифт мы зашли уже вместе с моими двумя друзьями. Они шли со стороны спа–салона. Вид у нас всех троих был все равно соответствующий, то есть помятый.
— Как парк и беседка? — спросил Лёня, за что получил в бок от жены.
— А вы откуда знаете, что я там был, следили что ли? — поинтересовался я.
— Больно надо. Тут, типа, так много достопримечательностей, что ежу понятно что ты был в парке — убаюкивающе пропела Лида.
— Сами вы ежи. Залили зенки уже и обзываются.
— На себя посмотри алкач.
— А что я выгляжу ипом… ипмо… импозантно, во!
— Импотент что ли?
— Да пошли вы в… спа…на.
После этой милой и непродолжительной беседы мы договорились встретиться после футбола в нашем ресторане. Проорав в ответ горничной традиционное «данкешен» я зашел в номер и упал на кровать. Часик под сенью Морфея определенно спасут отца русской демократии. Мне снилось, что наша сборная выйдет из группы, а всегда снится всякая хрень. Проснувшись я потащил своё тело в душ, напевая при этом песенку — «старая помятая пионер–вожатая», что соответствовало нынешнему состоянию. Стоя под струями холодной воды я медленно приходил в себя. Надо меньше пить и поболеть за наших со всей пролетарской ненавистью, так что я должен быть в форме.
В мини баре я уничтожил пару бутылочек минералки, мысленно попрощавшись с кучкой евро и почувствовал что организм, измученный нарзаном оживает. Может еще пивка выпить, чу не дойду. Экипировку сборной России я надевал в хорошем настроении. До матча два часа.
Выйдя на улицу, я понял, что вечером точно будет дождь. В районе стадиона у гор собирались черные тучи. Дождь — наша погода, глядишь и повезёт. Свернув налево и пройдя мимо турок, которые уже приветствовали меня как друга, я быстро добежал до фан–зоны не обращая внимания на назойливых испанцев со своими растопыренными пальцами и глумливыми улыбками.
«Снова в нашем доме…», ну не выдержал я. Мой очередной вход в «Елферхаус 13» сопровождался бурными аплодисментами, дружественными улыбками официанток и других завсегдатаев заведения. Определенно они на мне за один день сделают месячную выручку.
— Как обычно? — спросила подруга–официантка.
— Ессссссссс — выпалил я — а вот на закусь спагетти «Болонезе». Девушка в стиле Рок улыбнулась и тихо прошелестела в район кухни. По ходу я тут самый важный клиент. Судя по скорости подноса пива меня любят всеми фибрами своей души. Осталось только познакомиться с хозяином заведения и выразить ему своё почтение. Представляю себе как я жму руку почтенному потомственному австрийскому бюргеру в кожаных штанах и тирольской рубашке. Обменялся улыбками с парой наших болельщиков, которые также забрели в это чудное местечко, и в настоящее время вгрызались в охренительные рёбрышки, поглощая светленькое. Я махнул в их сторону кружкой, типа приятного аппетита и приложился мааааааленьким глоточком к бокалу, опустошив его до половины. Жизнь стала раскрашиваться в светлые тона, точнее докрашиваться, наливай мать её еще, эх повело. Уютный бар приобрел для меня значение Красной площади. Эх хорошо, вот бы и на матче так. Там пиво продавать не будут или будут но безалкогольное. Я перекрестился, не дай бог каждому, тьфу тьфу тьфу, пить безалкогольное пиво, а особенно «Сокол». Я аж вздрогнул, нет уж лучше я тут наберусь, по самое не балуйся.
В очередной раз после знакомства с «Кайзером» выбираться на улицу было тяжело. Горизонтальное положение категорически не хотелось устанавливаться. Тем не менее на выходе я даже сумел получить у девушек «легонького» поведения флайер на ночную дискотеку «Рай», заботливо перевезённую Романом Аркадьевичем из Москвы в Инсбрук, и засунув флайер куда положено, таки отправился в сторону местной триумфальной арки.
Про ночной клуб «Рай» в столице нашей родины известно, что там парад уродов и такие же уродские цены, да здравствует Кружка. Поэтому присутствие моей персоны на указанном мероприятии равна нулю. Лучше «Кайзер» за гроши под носом, чем наши доблестные богатые русские морды в клубе.
В районе палаток с пивом стояла испанская армада, орала, кричала, пела. Редкие островки русских болельщиков поглощались Пиринейским полуостровом. Счет 3–0 не в нашу пользу был особенно популярен в данной местности. Не представляя где тут стадион, я подошел к арке и, находясь на распутье трех дорог, задумался. Прямо пойдешь коня потеряешь, налево пойдешь хер дойдешь. Направо пойдешь стадион не найдешь. В этот злосчастный для меня момент в тени арки появились сотрудники российской милиции, из совместных патрулей. Что я вижу, может это галлюцинации, нет точно наши менты.
— Товарищ капитан к стадиону куда идти… и не качает меня вовсе…да вы рукой покажите… я выпил то всего кружечку… клянусь кружечку… какие три ведра, это поклёп.
— Налево до конца, у вокзала направо, — капитан улыбнулся, вот ведь какие вежливые они тут. Что творится в нашем мире, капитан нашей милиции улыбается болельщику. Наверное на него подействовал Австрийский воздух или местное пиво, второе предпочтительнее. Я сам после пива улыбаюсь и чувствую себя исключительно Нельсоном Манделой, всех люблю.
