— Ну почему же, — отмер Костя, — в общих чертах представление имею. Короче, мои родственники перетрясли всю имеющуюся литературу о подобных случаях, поговорили кое с кем из знающих волков и выяснили, что вариантов немного. Точнее, он один, если ты, конечно, не решишь пустить все на самотек.
— Я тогда в гаражах чуть не обосрался, — подавшись корпусом вперед, вкрадчиво ответил Антон, — поэтому если есть что-то, что обезопасит меня от этого крэйзи-мена, то я готов хоть прямо сейчас.
— Не торопись насчет прямо сейчас, — поморщился Костя.
Он снова замолчал, а Антон даже представить не мог, что могло быть настолько ужасающим, чтобы альфа не смог подобрать слов.
— Я начинаю нервничать, — заметил он. — Давай ты уже скажешь, как есть, а потом мы пригладим в красивые формы.
— На тебе должен быть запах какого-то сильного альфы-оборотня, вожака. Типа метки о принадлежности. Это отпугнет на физиологическом уровне.
— И что мне надо сделать? Сожрать печень этого несчастного альфы, содрать с него шкуру и ходить в ней?
— По-моему, из нас двоих бояться нужно было не тебе, — Костя, кажется, даже нервничать перестал от изумления.
— Это в смысле?
— Это в смысле, что ты живодерище.
— А знаешь почему? Потому что ты нагнетаешь! Нельзя что ли сразу сказать, что делать надо?
— Трахаться надо, — выдохнул Костя и прикрыл глаза.
— В смысле?
— В любом. Обмен запахами именно так и происходит. Смешение, если уж быть точным. Плюс, в этот момент альфа ставит особую метку. Она незаметна обычным людям, но для оборотней — что-то вроде стоп-сигнала.
— Это, — Антон судорожно пытался охарактеризовать свое отношение, — неожиданно. Но, наверное, не так страшно, как могло бы быть. По крайней мере, никаких кровавых ритуалов, так ведь?
Он старательно улыбался и пытался убедить самого себя, что ситуация вполне себе решаемая. Вот только представить себе секс с каким-то там оборотнем он не мог. Он пока вообще слабо представлял себе секс с другим человеком, как ни странно это было в его годы.
— В общем, думай, — Костя решительно поднялся. — Время у тебя пока есть. Если надумаешь, то я мог бы… в смысле, я не против… — Он закрыл лицо ладонью и застонал. — Имей меня в виду, — решительно досказал Костя и поспешно ушел.
Антон был настолько ошеломлен, что даже не проводил его. По здравом размышлении, он и не мог представить себе кого-то кроме Кости в роли своего случайного вынужденного любовника. Саша, даже если отбросить его отношения с Ромкой, был для Антона существом бесполым. С остальными альфами отношения были недостаточно близкими. А других оборотней Антон не знал. Не трахаться же, в самом деле, с незнакомцем.
Антон потряс головой, прогоняя идиотские мысли. Костя прав, ему действительно надо было подумать, потому что все эти размышления гроша ломаного не стоили на практике. Секс всегда остается сексом, даже если и подается как простое средство спасения. Безусловно, кто-то бы обрадовался подобному исходу, но не зажатый в этом плане Антон. До сих пор нечто столь интимное воспринималось им с сильным волнением, если не сказать со страхом. Он, конечно, часто думал о своем первом разе, мечтал даже, но в реальности всегда пугался, когда альфы переходили отмеченную им границу. И это те, с кем Антон встречался, а не Костя, которого не поймешь, как и воспринимать-то. Он плюхнулся на кровать и попытался подумать о Косте в таком ключе.
Думать не получалось. Вот чувствовать себя полным идиотом — это да, удавалось на отлично. У Антона всегда были проблемы с фантазиями о настоящих людях. Для этого они были слишком уж… реальными. Такие мысли вызывали странный стыд, будто бы объект фантазии мог о ней узнать.
Короче говоря, Антон решил в очередной раз забить на проблему и просто дождаться ее решения. Ну, а что? Не говорить же ему Косте в самом деле, что он не против с ним… Да он прямо там и сдохнет от позора. В итоге на дискотеке Антон Костю старательно избегал, благо сделать это было несложно. Тот косился подозрительно, вроде бы пару раз пытался подойти и пригласить на медляк, но Антон ящерицей ускользал из клуба, под предлогом попить-подышать-пописать. На улице же Костя тактично держался на расстоянии, стоял в кругу альф и заговорить с Антоном не пытался. Все шло настолько ровно, что Антон расслабился. Вся эта тема с оборотническими метками для Кости тоже наверняка была смущающей, так что особо переживать, что он начнет как-то настаивать или торопить с решением не стоило.
В конце концов, ему все же приперло взаправду и нещадно. Так что Антон почти сбегал с крыльца, боясь расплескать пятьсот литров жидкости, которые он выхлебал после трех копченых рыбин, бессовестно им сожранных в одно лицо. И, конечно, именно этот момент выбрал Костя, чтобы его перехватить. Антон на несколько секунд залип, разглядывая его запястье с узкими кожаными полосками браслета. Серьезно, руки у Константина были очень красивыми: сильными, но в то же время аккуратными, с длинными тонкими пальцами и четко очерченными запястьями.
— Мы можем поговорить?
