Ранним утром всё пришло в движение: горели костры, лошадей, верблюдов и маленькую отару овец погнали на отдаленный травяной луг, на границе с местом катастрофы. В горах очень трудно пасти скот – волки, барсы, шакалы и медведи неустанно подстерегали животных и только стая собак удерживала их на расстоянии, а однажды несколько волков угнали стадо баранов и всех загрызли. Стражники ушли копать проход к звезде, а все оставшиеся собрались у шатра хана. Хан вышел и все поклонились ему. Миркен встал рядом с ханом. «Я доволен вами и все вы заслужили награды: получите от меня в подарок скот, серебро, а рабы с сегодняшнего дня получают свободу и теперь они равные со всеми киданями»: сказал громко хан. В толпе все заговорили, но посыл хозяина не поняли все одинаково. «Вам предстоит очень быстро построить каменный вход к звезде, так как киданям надо уходить в чужие земли, чтобы не погибнуть от монголов – и у вас есть только одна луна на строительство, а сюда пригонят всех верблюдов, ослов для вывоза металла»: хан закончил и махнул рукой в сторону горы. Толпа людей пошла к горе. Часть людей начали собирать обгоревшие деревья, для строительства туннеля. Миркен вернулся к шатру в полдень и выложил перед ханом ещё куски золота, белого металла и разных самоцветов целую горсть. Среди них были прозрачные и до сели не виданной, ханом, красоты. Хан расчувствовался и хриплым голосом произнёс: «Эти находки спасут киданей в предстоящем переселении…». Миркен рассказал, что уже начало входа построено и засыпано землёй сверху, а в горе ещё очень жарко, но люди работают с удвоенной силой, сменяя друг друга. Хан, перебирая в руке похрустывающие самоцветы, доверительно произнёс: «Миркен, если у тебя серьёзные намерения к моей дочери – то считай, что я даю тебе согласие. Ты достоин стать моим зятем, и я уважаю твоего отца… поезжай в кочевье, передав руководство старшему стражнику, а твой отец пусть прибудет ко мне для сватовства – обычаи необходимо соблюдать». На следующее утро Миркен с несколькими верблюдами, гружёнными железом и в сопровождении больных воинов, работников отправились к кочевью, а строительство прохода к звезде продолжилось с усиленной энергией…
Приезд каравана, во главе с Миркеном, был больше на похож на праздник – люди окружили прибывших, помогали им снимать тюки со спин верблюдов и ослов. Старики рассмотревшие куски железа сказали, что такие уже видели сорок зим назад и это большая радость иметь много железа. Кызле наблюдала издалека за Миркеном и пыталась увидеть выражение его лица, но из этого ничего не получалось. Она на коне поехала к реке – Молге молча кивнула, глядя на Миркена. «Надо разбить куски железа на очень мелкие осколки и там могут быть самоцветы, и их надо отдадите мне, а метал кузнец пускай плавит, отливая его в полосы»: сказал Миркен и поехал поить коня на Онгю – люди поняли, про жажду коня, по своему. У реки они были на виду у людей и поэтому очень близко не сближались, но её взгляд сразу пронзил Миркена и сердце зыбилось его радостно – этот взгляд многого стоил. Миркен рассказал ей о согласии ее отца на свадьбу, после сватовства и если она его не забыла, то пусть готовится к свадьбе, по возвращению родителей с гор. «Я всё время думаю о тебе – ты уехал так неожиданно, и здесь произошли интересные перемены. Молге заставляет всех стрелять из луков и бросать копья, и даже способные дети всё время кидают камни пращой. Я с Молге дружу, а мама её не любит и хочет уехать в городище»: выговорилась Кызле и они поскакали вдоль реки – это было красивое зрелище… скачущие молодые влюблённые на фоне реки и зелёных гор…
Миркен рассказал отцу все новости и что тому надо собираться для сватовства к хану, а заодно доставить верблюдов, ослов. Его отец, Каджар, был ровесником хана и вместе они росли, взрослели – он не был обижен на жизнь и получил звание тысячника заслуженно, но старые ранения и боль в пояснице сделали его малоактивным. Каджар был осведомлён о намерениях сына и потому обрадовался, что всё складывается в пользу молодых – это большое счастье благополучие детей. Вот только Миркену обещано командование десятком тысяч, а ему свой жезл кому передать? Скакать впереди войска он уже не может… Рано утром небольшой отряд отправился в ущелье.
