Повезти в смысле собственного обустройства может только одному из пятидесяти, рачительному ветерану, который усадьбу, хоть и маленькую, и развалюху, на все деньги, сбережённые от увеселений в лупанариях, тавернах да термах прикупит. Да и станет он сам гражданином и землевладельцем - ветерану позволено, наймет у какого-нибудь старпера холостого родовитого, без наследника оставшегося, несколько колонов, чтобы землю эту обрабатывали. Невесты высоких патрицианских кровей, вишь ты, старикану этакому в своё время не досталось, вот дурень! Ну переспал бы с рабынями, да наплодил им сыновей, а то суходрочкой, небось, всю свою жизнь занимался.А были бы сыновья, глядишь, одного, вот как Снепиуса Квотриуса, воспитал бы, как ромея, да передал бы ему, да, высокий, да, хоть и незаслуженный титул Господина дома. Но и было бы и всего делов-то, и хозяйство бы поднялось. Но на счастье ветеранов - выскочек находятся на Альбионе, чаще в городках совсем уж захудалых, на захолустных дорогах стоящих, такие холостяки. Они готовы продать имение вместе с прикреплёнными к обрабатываемой земле колонами, а сами удаляются в отдельно стоящий, без усадьбы, дом, прикупленный на вырученные деньги. Остаток монет старперы потихоньку тратят на жратву и содержание нескольких оставшихся верными Господину самоуничижающихся, порою, ещё молодых дурней - рабов. Они, видите ли, Господина и в счастье, и в беде сопровождать будут!
И вот, через пару-тройку лет бывшему легионеру и самому жениться можно, а если повезёт, то и на патрицианочке худородной, да семьёй большой обзаводиться. И не забывать - хотя, как уж тут забудешь! - с рабынями купленными тесненько общаться, приумножая таким приятным и полезным для мужеской силы образом своё имущество. Не всё же единственной, надоедливой жене детей делать…
… Орден собрался в полном составе за исключением «временно отсутствующего» Северуса Снейпа, который был таковым практически четыре года. Но всё же раза два в год профессор Снейп посещал Гриммо, двенадцать, чтобы показать всем Орденцам, что он-таки с ними, а не против них. Альбус Дамблдор, наконец-то, соизволил огласить главную цель проекта - «Уйти министра», и члены Ордена явно обтекали после неожиданно услышанного.
Заставить уйти с поста самого всесильного министра магии, так цепляющегося за своё кресло, а зачем? К чему такие амбициозные планы? Скримджер, вроде бы, слежки за орденцами не устанавливал, а тут вдруг такое... На этот провокационный вопрос господин Директор школы волшебства и магии «Хогвартс» упорно отказывался отвечать, затуманивая мозги всем, у кого они в данный момент были включены, сложносочинёнными и сложноподчинёнными, особенно последними, предложениями, где основными консонантами были «же» и «ж», отскакивающие от ровных зубов Дамблдора, как земляные, сладкие орешки.
Видно, правду говорят, что арахис не всем по нраву, далеко не всем. Многие даже и вовсе терпеть не могут этот замечательный, вкусный и питательный заморский продукт. А бывают даже такие особи, которым сие лакомство и вовсе запрещено по состоянию такого здоровья, которого у них нет.
Таковых , «не вкушающих сей предивный земляной орех» нашлись двое - Билл и Чарли Уизли - они упорно отказывались вкушать достойные орешки, но требовали - вот нахалы! - объяснить всем орденцам «дакэтрину дествий», как выразился обычно скромный, в отличие от Джорджа, драконолог. Билл, да и взвившийся тут же Джордж, который интересовался политикой вплотную, тут же поддержали косноязычного братца. Джордж так увлёкся добыванием компрометирующих колдографий у обслуги министра, попросту спаивая охранников Скримджера и его телохранителей - парней всё простых, а потому падких на дармовое огневиски. Но самое интересное, что Джорджи удалось найти точно такой же подход к сопровождавшим повсюду мистера Скримджера людям в незаметных, серых, мышиного оттенка мантиях потому, что, погрузившись в это достойное по отношению к профессору Альбусу,Дамблдору а заодно и для себя полезное дело, он на время забывал о потере своей половинки - Фреда.
Тот погиб в Битве за Хогвартс, защищая свою единственную настоящую любовь всей жизни - сестрёнку Джинни. Все девушки мира ничего не стоили в глазах покойного, такого, казалось бы на первый и все остальные взгляды, не пропускавшего ни одной юбки, любвеобильного Фреда перед единственной, но недоступной Вирджинией. Потому, что сестра. Фред никогда не понимал Гарри, как он, когда в него влюблена без памяти сама Джинни, не принимает её всерьёз! Её, лучшую девушку на свете! Да, Фред был бабником, в отличие от да, весёлого балагура, но не переспавшего, несмотря на возраст, ни с одной девушкой или парнем, Джорджи. Потому, что любовь Джорджи ушла вслед за единственной сестрой. Но пусть бы лучше она ушла… одна, а не забирала с собой Фреда.
И погиб влюблённый Фред, соединившись с возлюбленной сестрой только в смерти - искорёженные проклятиями тела Фреда и Джинни нашли держащимися за руки.
