Пока они разговаривали, худая коза убежала от хозяйки и вдалеке щипала травку. Спохватившись Анхен торопливо простилась с соседкой и побежала догонять рогатую.
Едва проснувшись на следующее утро, Марта вспомнила вчерашний визит к Герману, и счастливо улыбнулась. Она была готова бежать к гончару немедленно, но мать посмотрела строго и напомнила об обычных утренних заботах. Марта все делала небрежно и впопыхах, все валилось из рук. Вода проливалась, цыплята разбегались, а гусак шипел и щипался. Зато прихорашивалась она долго и тщательно. Искала в сундуке новую юбку, чистую рубашку, заплетала косы, даже бусы нацепила как на праздник. Мать смотрела укоризненно, но понимающе молчала. Наконец, сочтя свой внешний вид безукоризненным, влюбленная девушка отправилась к гончару.
Взволнованная и счастливая она ступила на двор Германа. Мастерская по обыкновению была открыта, и Марта осторожно заглянула в дверь, прежде чем войти.
Герман был занят работой, опять вращал ногами гончарный круг, но он был не один, рядом стояла гордая и румяная Клара! У влюбленной Марты дыхание перехватило. Герман показывал девушке, какие чудеса может творить из обыкновенной глины. Он ловко вытягивал горлышко кувшина, пока оно не стало длинным и тонким, а весь сосуд удивительно стройным.
–Вот, – говорил он весело, – такие кувшины делают мусульманские мастера. У неверных есть удивительные умельцы.
–Как это ловко у тебя получается, – восхищенно вздохнула девушка.
–Хочешь сама попробовать?
Она робко кивнула, Герман нежно взял ее руки, осторожно прижал ладони к куску глины, стал медленно вращать гончарный круг.
–Ой! Получается! – обрадовалась Клара, – какая глина, оказывается податливая, – счастливо удивлялась она.
А бедная Марта, готова была разорвать обоих. Она и думать забыла о своем кувшине, прибежала домой вся в слезах, бросилась к матери:
–Он влюбился, влюбился в Клару!
–С чего ты это взяла? – рассудительно осведомилась мать.
–Это же видно, сразу видно! Он так на нее смотрит! Так разговаривает. О, я такая несчастная!
Мать обняла девушку, погладила по голове, сказала успокаивающе:
–Погоди, не спеши с выводами. Жизнь все расставит на свои места. Никто не может знать заранее свою судьбу.
Напрасно Марта старалась последовать мудрому материнскому совету, не могла она быть спокойной в этот день. Она пыталась отвлечься, охотно бралась за любою домашнюю работу. Но все валилось у нее из рук, дела не ладились. Девушке хотелось только сесть в уголке и тихо грустить о своем.
День уже клонился к вечеру, отчаяние все не покидало дома Марты. Ее мать сочувственно смотрела на дочку, не зная, чем помочь горю. Новые события отвлекли их.
До тихой сильно удаленной от города деревни, добралась беда терзавшая горожан. Отцы – инквизиторы предприняли поездку в провинцию. Народ прятался от священников, боялись их хуже чумы. Но находились и те, кто радовался появлению инквизиторов. В любом месте всегда найдется злой завистник и человек готовый донести на соседа, чтобы получить часть его имущества. Страх опустился на деревню, как густой туман. Люди старались не выходить из своих домов, сторонились соседей.
На следующее утро приезжий приор-доминиканец служил мессу в скромной деревенской кирхе. Вдохновенный оратор живописал земные грехи, так ярко словно хотел, чтобы прихожане сразу добровольно бежали на костер. Из его слов выходило, что любой живой человек, только и делает, что грешит.
–…Будьте бдительны, – громогласно вещал приезжий, – Вельзевул подстерегает каждый ваш шаг. Он знает все слабости человеческие! Особенно легко поддаются на его уловки женщины. Со времен прародительницы Евы, женский род подвержен сонму грехов. Дьявол ловит их на излишней любви ко всему яркому: нарядам, украшениям, безделушкам. Они вгоняют своих мужей и отцов во грех расточительности. Мешают жить благочестиво и аскетично, как жили настоящие праведники…
Вся проповедь была полна обличением грехов женского рода. Доминиканец ненавидел женщин и призывал к этому остальных.
–…Берегитесь! Любая скромно опускающая глаза девица, на самом деле может оказаться ведьмой! – закончил он свое выступление, стукнув кулаком по кафедре.
Прихожане еще долго сидели на своих местах, словно боясь пошевелиться. Когда, наконец, народ стал покидать кирху, Марта хотела быстрее бежать домой, но мать ее остановила:
–Разве ты, ничего не хотела шепнуть священнику?!
В первое мгновение, девушка даже растерялась, но быстро поняла о чем идет речь.
–Ты думаешь… стоит?!
–Сама решай, нужен тебе гончар или ты готова без боя отдать его Кларе.
–Но, это жестоко, – замялась Марта.
–Хочешь остаться старой девой? – жестко подхлестнула ее мать.
И Марта решилась. Она торопливо подошла к, читавшему проповедь, инквизитору, и затараторила какую-то чушь, про порчу, которую насылает Клара на домашних животных. Священник внимательно слушал, кивал, очень серьезно отнесся к каждому слову.
–Ты правильно сделала, дочь моя, что рассказала мне обо всем, – доверительно сказал инквизитор.
–Ведь ее не сожгут? – с надеждой спросила девушка.
