– Обойдётся, – неохотно буркнул Егор. – Погляжу, как будет достойна тех подарков. – И угрюмо бросил взгляд на приятеля.
Ивашка всё понимал, но про себя злорадно усмехался. Всё ж показать своего отношения и интереса в том вопросе не хотел. Ведь сам надеялся получить от Анны немного ласки. Не дождался и затаил мстительные мысли. Только не знал ещё на кого.
Их сотни разместились в наскоро сооружённых шалашах. Лето только что началось, и никто не страдал. Лишь с провиантом было скудно. Приходилось отправлять вольных конников добывать еду по разбросанным по лесам временным селениях. Удавалось такое с трудом.
Однако не прошло и десяти дней, как приказ великого князя идти под Казань стронул с места войска. Две сотни тульского воеводы влились в рать князя Волынского Димитрия. Спешным маршем конница шла пыльными дорогами, сокращая извивы Волги, а пешие погрузились на ладьи и поспешали, гребя посменно.
Под стены Казани подошли через две недели с лишним. Стали лагерями, дожидаясь пешую рать. Зато татары уже дознались о её подходе и не стали ждать штурма, а выслали послов для переговоров.
– Жаль, что война не состоялась, – сетовал Ивашка. – Замирились. Так что никакой добычи ждать не приходится. А я так надеялся, Егорка!
– Да чёрт с нею, с добычей! Всё же сколько наших погибло бы! Перебьёмся.
– Не говори так, – раздражённо ответил Иван. – Давай мне два десятка твоих головорезов, а я пройдусь по их деревням. Обязательно добудем чего-нибудь.
– Получится ли? Войско-то обязательно уйдёт, а тебя не будет. Как нагонять станешь? Князь может наказать.
– Оставлю сторожить нас на реке. Всего три дня. Успею. Тут всё близко.
– Как знаешь. Людей я дам, конечно.
Ивашка не стал долго собираться. Времени оказалось мало. Рать может сняться прямо завтра утром. И отряд в двадцать пять воинов ушёл, не поставив высокое начальство в известность.
Егор сильно переживал. Единственное, что его утешало, что его воины вполне добровольно пошли с сотником.
Пришлось договориться с двумя ратниками. Те должны были в укромном месте дожидаться возвращения ушедших и с ними вернуться в войско. Но даже это могло быть опасным делом. Татары всегда могут их обнаружить и убить. Поэтому воины укрылись в ближайшей деревеньке, полностью сожжённой и опустевшей. Даже собак там не увидели.
Русская рать выступила в обратный путь поздним утром. Большой обоз, нагруженный награбленным и выкупленным добром, со страшным скрипом медленно потянулся на заход, где его дожидалась флотилия лодок и стругов, куда должны перегрузить товары и ценности.
Егор с надеждой смотрел на медленное движение обоза и молил Господа побыстрее увидеть Ивашку со своими людьми. Потому, когда в сумерках обоз добрался до лодок и расположился на берегу на отдых, Егор с облегчением вздохнул.
– Пахом, – позвал он своего десятника, – возьми пару ребят и вернись назад. Глянешь, вертаются ли наши. Кого встретишь из рати, скажешь, что по провиант я вас послал. Сделаешь?
– А чего ж, Егор. Дело привычное. Сам переживаю за наших ребят. Как бы с ними чего не случилось. Места опасные. Татары только и ждут, как бы отомстить нам за набег. Когда вертаться-то?
– К утру постарайся. Днём на телегах отоспитесь. И смотрите не проспите в пути. Коней возьми лучших.
Пахом уехал, а беспокойство Егора не утихало.
С утра приступили к погрузке добра на десятки ладей и малых лодок. Часть пеших стала гребцами, и караван пустился вверх по Волге, растянувшись на вёрсты.
Пахом вернулся с опозданием и пояснил так:
– Пришлось укрыться от сильного отряда татар. Человек сорок было их. А наших не видать. Хотя ещё рано их встречать. Только завтра, и то к вечеру.
– Вроде так, да на душе неспокойно, – пожаловался Егор. – Как бы кто не заметил отсутствие людей. Пусть никто не болтает об их уходе.
Сотник Ивашка вернулся лишь к полуночи. С ним было всего четырнадцать воинов. И те многие с ранами. Егор бросился с расспросами к сотнику.
– Да вот вчера только собрались передохнуть, как откуда-то появились татары клятые. А у нас некоторые уже и коней отпустили пастись. Так что пришлось вступить в схватку. Сшибка получилась знатная. Да вот и я получил саблей по боку, а кольчужки-то и не было. Как бы не загноилась рана. Словом, отбились. Но и потеряли некоторых. Пришлось отступить, да и часть добра потеряли. Зато самое ценное в сумах осталось. Будем делить.
– Так и знал, что дело ты надумал пустячное и опасное, – с сожалением выразил своё отношение Егор. – Пойду своих расспрошу и погляжу. Надо ещё телеги раздобыть. Удастся ли?
Две телеги всё же удалось добыть. Постелили сена, травы, укрыли попонами, и раненые были размещены в обозе. А Егор подумал, что половина из них помрёт в скором времени. Лечить было некому и нечем. Лишь своими силами.
Три недели спустя рать остановилась на отдых. И тут же прискакал гонец – стало известно, что из Орды идёт царевич Арапша, который пришёл аж с Арала на помощь татарам Мамая.
