Господин Марген поднялся из-за стола, подошел ко мне, протянул руку в синей перчатке, и я осторожно ее пожала. Он пристально посмотрел на меня, немного прищурившись, и слегка притянул к себе. Мне показалось, что он хотел меня приобнять, но в последний момент сдержался. «Ты всё придумываешь! — мысленно осадила я себя. — Господин Марген — пожилой солидный человек, в отцы тебе годится. К тому же важный чиновник! У него наверняка есть жена, полный дом детей. А тобой он интересуется только как мастером своего дела!» Успокоив заколотившееся сердце, я вежливо кивнула господину Маргену. Он еще раз скользнул по мне взглядом, кивнул в ответ и, накинув капюшон, удалился. Альда проводила его, но быстро вернулась — я услышала ее тяжелые топочущие шаги.
— Ну, что, дорогая, будем пить чай! — громко заявила хозяйка отеля. — Давай уж без всяких церемоний, на ты. Я женщина обычная, не из князей, по-простому привыкла. Ты, Злата, с дороги-то, наверно, есть хочешь? Покормлю, не беспокойся! Я вкусно стряпаю, голодным никого не отпускаю. Да убери ты свой мешочек с серебром! И в кошелек не лезь. Ты у нас гостья особая, иноземная, дворцом приглашенная… Уплачено за тебя! Заранее уплачено, говорю! И стол, и комната — всё как полагается.
— Вот что я хотела бы узнать у вас, Альда… — подумав, начала я.
— Нет уж, давай на ты! Я со своими постояльцами всегда так — никто не в обиде.
— Ладно, как скажете… как скажешь, — мне было неловко так к ней обращаться, но спорить я не стала. Кто знает, какие правила в этой чужой Сапфировой стране? — Так вот… Почему ты так не хотела, чтобы я подписывала документы? Я посмотрела — мне показалось, что с ними всё в порядке. Или вы… то есть ты… видишь какой-то подвох?
Я думала, что Альда начнет отнекиваться — все-таки господин Марген явно дал понять, что трепать языком не стоит. Но упитанная тетка оперлась о столешницу (странно, что она не рухнула под ее весом) и громогласно заявила:
— Подвох? Ты говоришь, подвох? Ха! Не подвох, а… пи… пир духа! — видно, Альда хотела сказать другое слово, повыразительнее, но сдержалась. — Капкан это, красотка! Капкан! И зачем ты только в него полезла?
От слов Альды про «пир духа» и капкан мне стало холодно, но только на миг. Я подобралась, поправила шляпку и, присев на некрасиво окрашенный колченогий табурет, произнесла:
— Не надо меня пугать. Решение принято.
— Да сколько же тебе лет, девочка?
— Двадцать четыре, — ответила я, стараясь не обижаться на «девочку». — Но я с десяти лет училась профессии и каждый день помогала отцу, а он был знаменитым магическим архитектором. Так что опыт у меня серьезный.
— И как только папаша тебя сюда отпустил… — печально вздохнула Альда и тяжело опустилась на стул рядом со мной. — Я бы на его месте все двери заперла, а доченьке сесть на дракона не позволила.
— Отец умер… — выговорила я, чувствуя, как заскребло в горле — точно по нему тоже кто-то провел железным ключом. — И матери тоже нет. И мужа, — поспешно добавила я, чтобы избежать лишних расспросов. В документах, которые я отправляла в Сапфировую страну, было указано, что я замужем, но рассказывать об этом Альде мне не хотелось. — Что касается дела, то я справлюсь. На родине я много раз занималась такой работой — и с отцом, и самостоятельно.
— Да разве я о делах? — круглые карие глаза Альды смотрели на меня сочувственно. — В нашем королевстве такое творится…
— Что же? — снова насторожилась я.
Альда коснулась поварского колпака и, помедлив, шепотом проговорила:
— Что могу, я тебе расскажу, а ты уж сама решай, что дальше делать. Понравилась ты мне, девочка. Смелая — не побоялась на дракона забраться. Правда, глуповатая, так это из-за молодости твоей. Да подожди, не дуйся, я ведь всё как есть говорю, слова по карманам не рассовываю… Тяжко тебе придется в чужом краю. Очень тяжко. Ты переоденься, поешь, а потом и поболтаем. Если слушать меня захочешь. …Эй, Шана! Шана, говорю! Где ты бродишь?! — Альда, которая только что шептала мне в ухо, завопила так голосисто и истерично, что я охнула. — Шана, бестолочь, катись сюда скорее! У нас важная постоялица от господина Маргена, а ты где-то шарахаешься! За что только я тебя супом кормлю, лентяйку?
Тяжелая облезшая дверь заскрипела, приоткрылась — и я, сдерживая сдавленный крик, вжалась в плохо побеленную стену. Странно, что не сползла на пол от ужаса! Я-то кого ожидала увидеть? Горничную, конечно! Ну ладно, пусть это будет не человек, а тролль… или троллиха, что ли… Но это… Это!
Косматый, будто связанный из мохнатых зеленых ниток шар, размером с крупный арбуз, не спеша шагнул в комнату. Его тонкие, как прутики, ножки украшали красные сапоги, а на веточках-ручках шевелились очень большие алые, в белый горох, варежки. Мохнатый шар хлопал кукольными глазами, а рот, будто вырезанный из розового картона, недовольно кривился.
— Что это? — пролепетала я, глядя на необыкновенное существо, которое остановилось у стола. — Кто это?
