— Вы ведь тоже, насколько мне известно, состоите в повстанческой армии, господин Феликс? — спросила Хепзиба, заметив его интерес к представлению. Извозчик стоял в самом конце лодки, и поэтому не мог ее услышать.
— Да. — ответил Феликс, решив, что утайки в этой ситуации будут бессмысленны. — Но если вы хотите узнать про эту загадочную женщину, — он кивнул в сторону помоста, где выступали артисты, — то я про нее знаю ровно столько же, сколько и вы, а может даже и меньше вашего. Если же хотите просто знать мое мнение, то я думаю, что это все выдумка. Скорее всего под личиной этой так называемой Белой Алет скрывается какая-то шайка разбойников, которая бесчинствует в восточных землях, да еще и собирает пожертвования с добрых людей за свое якобы покровительство.
— Вы считаете, что женщина не может руководить военной компанией? — прищурила глаза Хепзиба.
Феликс удивленно посмотрел на свою собеседницу.
— Боги! Нет, конечно! Я провел два года в Белланиме, и каждый день видел закованных в латы святых воительниц, которые могут дать фору любому преторианцу. Но дело не в том, что она женщина, моя милая Хепзиба. Я имею в виду то, как она действует. Белую Алет ведь никто не видел, а про ее подвиги впору написать детскую книгу, которая по толщине обойдет даже священные писания. Если бы эта самая женщина действительно хотела победы, то давно бы уже объединила силы с повстанцами Гантэра.
Хепзиба ничего не ответила на его слова, и лишь хмыкнула, давая понять, что не считает его доводы слишком убедительными. Спустя некоторое время они проплыли рынок, и лодка свернула в квартал ученых, который, как и во всех других уголках империи, располагался с западной стороны. Не прошло и десяти минут, как они уже сошли на каменный пирс, рядом с трехэтажной библиотекой.
— Обсерватория находится в конце улицы, миледи. — подсказал им благодарный лодочник, когда получил за свои труды гораздо больше, чем следовало.
Переложив сумку на другое плечо, так как скрижаль сильно нагрела его бок, Феликс направился вслед за Хепзибой и Синохом, которые возглавили их процессию. Милу же поплелся в хвосте, удивленно озираясь по сторонам, словно попал в какой-то диковинный сон, в котором мог свободно передвигаться.
Квартал ученых в Меридиане не был таким же значительным по величине, как в столицах империи, и все же даже тут он имел свой особый колорит и архитектуру. За место квадратных зданий, которые, как и в Эль-Хафа, плотно теснились друг к другу на остальных улицах этого города, квартал ученых был усеян странными вытянутыми каменными домами, похожими на куриные яйца. Среди них, конечно, попадались и прямоугольные здания, но они были настолько невзрачными на фоне своих овальных соседей, что взгляд просто скользил мимо них, словно это были какие-то зашарпанные сараи. Посередине же находилась обсерватория, имеющая форму идеального шара, вокруг которой шла винтовая лестница, уходившая на второй этаж, где располагались балконы для наблюдения за звездами.
Пройдя сквозь плотные шторы, которые тут служили за место дверей, они очутились внутри главной комнаты. И если бы на месте Феликса очутился какой-нибудь подвыпивший работяга, то он непременно бы спутал убранство большого зала, заставленного маленькими столами, с непомерно большой таверной, в которой, по какой-то неведомой причине, при таком большом скоплении людей не доносились пьяные выкрики и стук игральных костей. Круглое помещение было сплошь забито молчаливыми людьми, которые сидели за скрипучими столами, и сгорбившись, изучали звездные карты. Некоторые о чем-то тихо переговаривались, раскуривая трубки, из-за чего в помещении стояла легкая невесомая дымка. А иные так и вовсе дремали, расположившись на грудах чистого пергамента, который был плотно уложен в брикеты и стянут крепкой бечевкой. На плавно закругленных стенах располагались небольшие углубления, с находившимися в них разными книгами, свитками и письменными принадлежностями.
Когда же Феликс с Милу подошли к Хепзибе, та уже беседовала с главным смотрителем архивов.
— Мне нужно видеть Камалладина аль Балима. — сухим тоном проговорила она, когда смотритель, похожий на престарелого крота, поправил свои очки и сфокусировал на ней взгляд маленьких глазок.
— Если вам нужны карты пустынных ветров или морских приливов, то советую обратиться к кому-то более достойному, госпожа. — ответил он, с прищуром разглядывая свою собеседницу с ног до головы. — Этот прохвост вам ничего дельного не составит.
— Это уже мне решать. — сказала Хепзиба, придав своему голосу больше власти. — Так что будьте так добры, проводите меня к Камалладину, кем бы вы его тут не считали.
— Хорошо, хорошо. — стал бубнить себе под нос смотритель.
Повернувшись, он слез со стула, и Феликс увидел, что книжник еще меньше ростом, чем он сам. С лысой головой и согнутой спиной он еще больше стал походить на голого крота, который зачем-то нацепил на себя человеческую одежду и очки. Уткнувшись своим носом в каменные полки, он что-то начал на них искать, а затем, повернувшись, протянул им небольшой ключ.
