Медленно поднявшись со своего места, она взяла в руки длинный посох, на конце которого была водружена прозрачная колба с темной жидкостью. Ростом старая женщина была невысоким, но и не низким, и странно контрастировала со своими рослыми подопечными. Когда она направилась к кучке собравшихся наемников, пираты, которые стояли рядом, стали пятиться в разные стороны, словно волны на пути идущего судна. Остановившись напротив Эскера, она на секунду задержала взгляд на его маске, а затем перевела глаза на стоявшего рядом Синоха.
— Что это монах раджна делает во владениях Рогатой Русалки? — прищурив глаза, спросила Анья. — Твои молитвы все равно не пробьются в ее морское царство. А вот твое тело сможет.
— Имею хотение путешествовать по новым местам. — спокойно ответил Синох. — Но не под водой.
Анья фыркнула, и пошла дальше. Ее взгляд скользил по железным маскам, словно она выбирала свежие овощи на рынке, лишь время от времени останавливаясь и внимательно изучая своих гостей. Так случилось и с Дэйем. Когда хищный взгляд капитана пиратов встретился с единственным глазом однорукого пастуха, злорадная ухмылка исчезла с ее лица, сменившись мрачной настороженностью. Затем ее взгляд упал на лицо Эна, и она замерла, не сводя уже встревоженных глаз с поблескивающих зрачков ювелира. После этого она вновь возвратилась к Эскеру, не удостоив Феликса своим вниманием.
— Куда направлялся ваш корабль? — спросила она требовательным тоном.
— Зачем задавать вопросы, на которые тебе уже известны ответы? Или твои боги об этом не сказали? — ответил наемник. — Мы держим путь на Третий континент.
— Куда именно? — все таким же непререкаемым тоном спросила она.
— А тебе какое дело? — сощурил глаза Эскер. По его голосу было понятно, что наемник улыбается. — Ты для меня никто, и я не обязан отвечать на все твои вопросы.
— Нет, сын Сайруса, ты сильно ошибаешься, произнося эти слова. — уже не скрывая свое волнение, сурово ответила Анья. — Ты даже представить себе не можешь, как ты ошибаешься.
Она быстрым шагом вернулась к тому месту, где стоял Эн, и вновь посмотрела в его глаза, словно стараясь убедиться, правильно ли она разглядела их в первый раз. После чего она вдруг резко повернула голову, как будто услышала что-то за своей спиной. Вид у нее был настороженный, как у кошки, а затем она сделала глубокий вдох, пытаясь уловить какой-то запах. У Феликса сильнее заколотилось сердце, когда она медленно направила на него свой обеспокоенный взгляд.
— Что в твоей сумке, карасик? — спросила она, больно ткнув Феликса в плечо своим посохом.
— Разные личные принадлежности. — тут же ответил Феликс, сильнее прижимая сумку к себе. — Ничего особенного.
— Нет. — медленно выдохнула Анья, отрешенно уставившись в пустоту. — Ты лжешь, маленький человечек. То, что лежит в этой сумке не принадлежит ни тебе, ни этому миру. Ты можешь сколько угодно дурачить своими словами сухопутных крыс, но здесь, в морских владениях, в
Феликсу совсем не понравилось то, как она это сказала. За те несколько минут, что он провел в компании Аньи, он понял, что эта необычная женщина действительно опасна. Он не мог точно сказать, что именно в ней его так насторожило. Возможно, дело в ее хищном взгляде или агрессивном голосе. А может это совокупность всех ее манер и внешнего вида, а в особенности акульих зубов. Но Феликс чувствовал силу, которая исходила от капитана пиратов, как жертва чувствует взгляд хищника, наблюдающего за ней из-за кустов.
