Поток силы вырвался из диспетчерской и разрезал броню варвакса на куски. Существо внутри брони выскочило наружу, а затем снова исчезло в обратном измерении.
– Поверить не могу, что это сработало, – сказал Тор. Он дошел до двери командной рубки и опустился на колени, чтобы поднять Бабаха. – Я принесу тебе целый ящик икры, Бабах. Обещаю.
Бабах уткнулся носом в Тора. Он выглядел вполне довольным собой. А потом на них налетела ФМ, впечатав их в дверной косяк, и обняла обоих.
– Не сдавливайте слизней! – крикнул подбежавший Йорген; его никто не послушался.
Артуро подошел ко мне, глядя через световое окно на разваливающийся у нас над головой линкор.
– Зараза! – позвала со своего корабля Сэди. – К нам подкрепление.
Я выглянула через вход в ангар и увидела их – множество ярко-синих кораблей УрДейлов.
Корабли Независимости шли к нам на помощь.
– Мы это сделали! – сказала я.
Конечно же, Верховенство явится снова, но мы больше не были одни.
– Я не уверен, что нам нужно подкрепление, – сказал Йорген, глядя поверх плеча Сэди на ее экран с показаниями датчиков. – Силы Единства отступают.
– И хвала звездам, – кивнул Артуро.
Я была согласна с ним. Из командной рубки я слышала, как Ринакин возобновляет свою трансляцию о силе РеДауна и его способности сопротивляться. Похоже, он часто использовал слово «прогресс». Бьюсь об заклад, Наналис это понравилось бы, но речь Ринакина убедила бы, что вина за появление Верховенства лежит именно на нем.
– Он захочет, чтобы ты прошелся, как на параде, вокруг дерева Совета, – сказала я Йоргену. – Ты теперь, по всей видимости, герой РеДауна.
У Йоргена сделался испуганный вид, и я рассмеялась.
– Эй! – подошедший Нед хлопнул Йоргена по спине. – Если хочешь, давай скажем им, что это я – Йорген Уэйт. Я всегда мечтал побывать на параде.
Судя по лицу Йоргена, он готов был обдумать этот вариант.
– Нам нужно доложить Коббу, – сказал он. – Сообщить командованию, что мы добились успеха. После этого, надеюсь, мы сможем вернуться домой. Если я смогу образумить своих родителей, возможно, они даже пришлют официальную дипломатическую коалицию вместо звена пилотов.
Реальная помощь и возобновление нашего старого союза. Я обратилась к людям в поисках помощи, но до этого момента не позволяла себе поверить, что помощь действительно придет.
– Спасибо, что не бросил мой народ на милость Верховенства, когда ингибитор отключился, – сказала я Йоргену.
Йорген смутился.
– Ну а как же иначе! – произнес он. – Это и есть союз. Когда мы защищаем друг друга.
Так много моих соплеменников отступили при первых признаках угрозы, что я ожидала того же от людей. Они могли бы уйти и переждать то, что линкор сделал бы с Башней в отместку. Но люди рисковали своей жизнью, чтобы спасти мой народ. Рисковали снова и снова.
Я недооценила Йоргена. Он был невероятным лидером, и для меня было большой честью летать с ним.
– Да, – сказала я. – Вот что такое союз.
Йорген все еще выглядел растерянным, как будто это было настолько очевидно, что и говорить не стоило.
– Я попытаюсь связаться с Коббом по гиперкому, – решил он. – Мы должны предупредить людей о том, что́ Верховенство чуть не сделало с теми, кто предположительно с ним работал. – Он нырнул в командный центр.
– Я же говорил, что он не собирается тебя предавать. – Артуро прислонился к стене, глядя на меня.
– Говорил, – согласилась я. – Но еще ты говорил, что думаешь, что я собираюсь предать вас.
– Я сказал, что не думаю, что ты это сделаешь, – сказал Артуро. – Но что такое возможно.
– Насколько я припоминаю, ты держался угрожающе, – парировала я. – И обеспокоенно.
Артуро ухмыльнулся:
– Отлично. Возможно, мы оба плохо разбираемся в чужих душах.
– Если бы я вправду верила, что вы все не заслуживаете доверия, – сказала я, – я бы с самого начала не пошла к вам за помощью.
– Возможно, это так, – кивнул Артуро. – А у тебя были другие варианты?
– Хороших – ни одного, – признала я. – Так что спасибо вам.
Артуро посерьезнел.
– Ты сбила того, другого цитоника, – сказал он. – Ты его знала?
Передо мной все еще стояло лицо Квилана – как он мчался на меня, стреляя из деструктора.
– Знала, – ответила я. – Он хотел убить меня, но я успела раньше.
– Верно, – сказал Артуро. – Казалось бы, это должно облегчить задачу, да? Но мне никогда не приходилось сбивать кого-то, с кем я разговаривал. Кого-то, кого я знал.
Я хотела сказать, что мир стал лучше без Квилана, но я не была уверена, что это правда. У моего народа было так мало цитоников. Мы нуждались в каждом.
Возможно, Ринакин был прав. Здесь еще оставалась возможность для убеждения. Смерть Квилана стала пустой тратой как лидера, так и цитоника. Убить его было необходимо, но всем было бы лучше, если бы мы смогли убедить его сражаться на нашей стороне.
Теперь он никогда не сможет изменить свое решение, и в этом кроется какая-то трагедия.
– Я не рада, что он умер, – сказала я, – но я рада, что я все еще жива. Мне бы хотелось, чтобы все пошло по-другому, но я не знаю, что я могла бы изменить и была ли бы у меня вообще сила для этого.
