Я откинулась на спинку кресла. Судя по датчикам приближения, креллы нас не засекли. Они, несомненно, искали сбежавший корабль с цитоником, но, поскольку им было известно, что у нас есть гипердвигатели, они, вероятно, решили, что мы уже спрятались за щит.
– Я думаю, мы действительно это переживем, – сказал Тор. В его голосе звучало удивление.
– Ты так мало веришь, что я умею летать? – спросила я, улыбаясь.
Тор робко улыбнулся, и я поймала себя на том, что уделяю слишком много внимания его губам.
Сегодня он оказался ценным приобретением, даже без пилотской подготовки. Наверное, мне следовало сказать ему об этом, но вместо этого я перешла на выделенный канал связи с Йоргеном.
– Зараза! – позвала я. – Что случилось? Ну, после того, как твой щит отключился в последней стычке. Это выглядело так, будто твой корабль вышел из строя.
Йорген помолчал с минуту.
– Я видел Спенсу.
Мы с Тором переглянулись.
– Что?
– Я увидел Спенсу в отражении на приборной панели. Но это было не отражение. Это была она. Я чувствовал ее так же, как чувствую эти глаза. Точно так же, как я нашел слизней под поверхностью.
– Серьезно? – переспросила я. – Где она?
– В «нигде», – ответил Йорген. – В том месте, через которое мы проходим, когда совершаем гиперпрыжок. Она там застряла и говорит, что выбраться оттуда невозможно.
Сидящий рядом со мной Тор закрыл глаза.
– Она сбежит, – сказала я Йоргену ради них обоих.
– Так я ей и сказал, – отозвался Йорген. – И я верю, что она это сделает. Но мне бы хотелось, чтобы она уже вернулась.
– И мне тоже, – произнесла я, хотя у меня на то были совершенно другие причины. – Но это же Юла. Она выживет.
– Я тоже на это надеюсь, – сказал Йорген и вышел из канала.
Некоторое время мы с Тором молчали. Моя рука согрелась там, где она соприкасалась с ним, и тепло разошлось по всему телу. Наконец Тор пробормотал:
– Поверить не могу, что ты думала, будто я сохну по Спенсе.
Я рассмеялась:
– Ну вы же с ней близки, верно? Так что я просто предположила…
– Мы выросли вместе. Она мне как сестра. Не то чтобы у меня вправду была сестра, но если бы все-таки была, такая… хм… пугающая, думаю, это ровно так и ощущалось бы.
– Ладно-ладно, – сказала я. – Мне не следовало это предполагать.
Тор покраснел.
– А можно мы снова послушаем эту песню? – сказал он, возможно, чтобы сменить тему разговора. – Ту, где одни голоса.
– Конечно, – сказала я и снова включила передатчик.
Хорал снова заполнил кабину, и слизни принялись подпевать с идеальной гармоничностью. Я погладила Жабра по гривке, надеясь, что это поможет ему расслабиться.
Чтобы мы могли напугать его снова. Это все еще заставляло меня чувствовать себя монстром. Эти существа спасали наши жизни, возможно, им предстояло спасти всю нашу цивилизацию.
И что мы делаем в ответ? Терроризируем их.
На коленях Тора в кресле второго пилота растянулись два слизня, а один, особенно длинный, устроился у него на плечах.
– Думаю, вот эту нам надо назвать Драпа, – сказала я.
– Мне нравится, – отозвался Тор и провел рукой по животику более толстого слизня на коленях – тот перевернулся, подставляя пузико для поглаживания. – А вот этот – Твист.
– Симпатично.
– Эй, – сказал Тор. – У тебя превосходный послужной список по неубиению, и я ценю, что ты не сделала исключение на этот раз.
Я улыбнулась:
– Спасибо за помощь. У нас получилась хорошая команда.
– Ага. – Тор улыбнулся, но выглядел он немного задумчивым, и я, кажется, понимала, в чем причина. – Я рад, что мы друзья, – сказал он тихо.
Я никогда не говорила, что хочу быть ему лишь другом. Он сам это предположил, и, я полагаю, вполне справедливо.
Просто это не было правдой.
– Это определенно лучше, чем игнор с твоей стороны, – сказала я.
Тор скривился:
– Ох, извини за это.
– Тебе не за что извиняться. Я понимаю.
– И все-таки. Мне не следовало поступать странно. Ничего страшного, если я тебе неинтересен.
– Интересен! – радостно пропел Счастливчик.
– Спасибо, Счастливчик, – сказал Тор.
Скад, ну и что мне на это сказать? Тор определенно был мне интересен. Мне нравилась его компетентность, нравилось, как уверенно он говорит о том, что любит. Он добрый и сообразительный, и из нас получилась хорошая команда.
И эта улыбка. Звезды, я хотела бы видеть эту улыбку каждый день в течение долгого-долгого времени.
Нет, меня удерживало не отсутствие интереса. Дело было в ситуации, в осознании того, что я в любой день могу отправиться на задание и не вернуться. Это едва не произошло сегодня – и могло произойти в любой момент. Я зависела от моего звена и от других пилотов. Я еще не знала, кого мы потеряли сегодня, но готова была поспорить, что в этой битве были жертвы – люди, которых я знала и любила. Такие, как Ящерка, которые внезапно исчезли, как погасшие звезды.
Я не знала, готова ли я сформировать более глубокие привязанности, чем те, которые у меня уже были. Я не понимала, как Йорген справился с этим, зная, что Спенса всегда будет бросаться навстречу опасности. Если бы Тор не сидел прямо здесь, я могла бы связаться с Йоргеном и спросить его.
