Нет, понятно, что мертвой собаке все равно: стоять ей или лежать. Она не устает никогда, но Райнек предпочитал думать и заботиться о ней так, словно она живая. Когда-нибудь у него таких будет несколько, но эта гончая для него все равно всегда останется особенной. Ведь она первая, кто откликнулась на его зов и разделила с ним его душу.
Аккуратно ступая по мраморным ступеням, он медленно, кастуя через каждые три ступени заклинание обнаружения ловушек, спустился вниз и оказался в широком сухом коридоре. Свет магических светильников освещал двенадцать рунных саркофагов стоящих около каменных стен, в воздухе витал слабый запах храмовых благовоний, и настроение у некроманта снова испортилось. Ведь пройти мимо этих, вертикально стоящих гробов, ничем не потревожив спящих в них стражей, может только настоящий мастер-вор или кто-то из магистров некромантии. «А вдруг та железка с камнем наверху была просто оставлена им за ненадобностью?» — подумал было он, но тут же отмел эту мысль. Нет, ни вор, ни некромант ее бы там не оставили. Успокаивая себя таким вот образом и помня, что у него в запасе осталось не больше шести-семи минут работы амулета, он осторожно двинулся по коридору вперед. Спустившись по освещенной магическими светильниками лестнице вниз, Райнек заглянул в королевскую усыпальницу и в восхищении замер на ее пороге. Это было огромное, украшенное вязью и барельефами помещение со стоящим у его дальней стены саркофагом. Но не внутреннее убранство вызвало восхищение у молодого некроманта, а светящиеся голубым магическим светом руны, выбитые на восьми колоннах, подпирающих каменные плиты потолка. В том, что перед ним буквы магического алфавита Древних, он понял, увидев знакомую руну, — одну из двенадцати, — знание о назначении которых и искусство их написания дошли до сегодняшних дней. Нет, магам известны все сорок букв древнего алфавита, но вот складывать заклинания они могут лишь из двенадцати. Хотя кто знает, великие магистры и архимаги хорошо умеют хранить свои тайны. Кем бы ни был император Эраст до воцарения в Эрантии и объединения под ее знаменами восьми Великих герцогств, но среди его сторонников знающие люди были, и ему, Райнеку, невыносимо горько понимать, что у него осталось примерно четыре минуты до того, как действие амулета прекратится и стражи гробницы почувствуют его здесь присутствие. А еще хуже то, что метки на Великом кладбище он ставить пока не научился и эту могилу он может теперь искать всю свою оставшуюся жизнь. Так что о рунах можно позабыть.
Во всей этой ситуации его радовало только одно: тот, кто сюда пришел до него, здесь и остался. На нижней, ведущей к саркофагу ступени лежал труп эльфа или эльфийки, — ведь только их разведчики носят такие вот плащи. Тело лежит вниз лицом, пол разобрать невозможно, но трогать его Райнек не станет: с ума он еще не сошел. Крышка саркофага сдвинута и некромант надеялся, что эльф ничего оттуда вытащить не успел. Что-то убило его… Райнек, помня об утекающем времени, с опаской двинулся к стоящему на ступенях гробу, постоянно оглядываясь по сторонам и кастуя перед собой все то же заклинание обнаружения ловушек.
