— Скорее мертвой. Ему станет лучше, да. Но ненадолго — продукты распада от их жизнедеятельности смертельны для нас. Слишком разный метаболизм и системы. Так что это скорее оружие массового поражения для нашего вида. Но в каких-то экстренных ситуациях, до введения антидота, думаю, это могло бы спасти жизнь.
— А что будет антидотом от них самих? — задал вопрос Яр.
— Я так глубоко не смотрел, но наши нанобиороботы легко справятся с ними, классифицировав как мелкие инородные тела и уничтожив механическим способом. Если, конечно, есть быстрый доступ к аптечке.
— Идеальное оружие. — Помолчав, озвучила общую мысль Соня, — идеальное оружие для уничтожения белковых видов, которое просто можно смешать с водой. И никто ничего не заметит. Ведь всем из нас нужна вода для жизни.
— Что будем делать? У кого какие предложения? — спросил Марк, выключая презентацию.
Команда подавлено молчала.
— Вот что, — заговорила Соня, — я предлагаю оставить это между нами. Озеро нашли? Нашли. Есть даже фотографии и короткая видеозапись. Воду брали? Брали. Анализировали? Тоже да. Нашли окаменелости белковых простейших. Образцы взяли и хранятся в сейфе. Привезём для исследования. Всё. Не было никакого нижнего слоя, моего спуска, травмы и купания Яра. Договорились?
— До Земли еще три дня, — сказала Лия, — я думаю, успею отлежаться, и заметно моей травмы не будет. Ну, или в крайнем случае, могу сказать, что упала с трапа, вот и ударилась спиной.
— Я могу просто не попадаться никому на глаза. Или скажу, что тоже и неудачно упал, — подал голос Яр, — ну или с Марком подрался. Вот в это точно поверят.
— Если скажешь, что подрался, тебя отстранят, — сказала Соня, — лучше попробуй придумать более правдоподобную версию, на всякий случай.
— Ладно.
— Договорились, — Марк выключил экран, — я тогда прямо сейчас уничтожу все записи, фото — всё, что связано с нашей этой находкой. А вы идите отдыхать.
Экипаж поднялся и недружным строем двинулся по каютам.
— Подожди, — Марк перегородил Яру выход из общей каюты, — ты ничего не хочешь мне сказать?
— Что опять? Я думал, что мы выяснили отношения.
— Пробирка. Ты не обманешь меня. Их было две. Сейчас на поясе твоего скафандра нет ни одной. Где вторая? Зачем она тебе?
— Ты подозреваешь меня в заговоре или предательстве? Или думаешь, я планирую продать её содержимое на чёрном рынке? — Яр пытливо заглянул в глаза парня, — думаешь, я способен на такое? Или же боишься, что моя рука дрогнет над твоей кружкой чая? Замечал во мне неудержимую тягу к экспериментам над людьми?
— Я боюсь, что ты наделаешь глупостей, — ответил Марк, — и нет, я не считаю, что ты можешь нас предать. Теперь не считаю.
— А что если и так? Тебе не кажется, что я имею на это право, после всего, что случилось? Ты же знаешь моё прошлое, как думаешь, есть ли у меня право принимать такие решения?
Марк хотел было возразить, но его взгляд остановился на свежем шраме Яра и он покачал головой.
— Я признаю, что перегнул палку. Но и ты пойми меня: до сегодняшнего дня я не был в тебе уверен. Поставь себя на моё место. Стал бы ты доверять?
— Ладно, я понял, — кивнул Яр, — давай забудем. Попробуем начать наше общение сначала.
— Будь осторожен, чтобы ты ни задумал сделать, — сказал Марк уходя, — пусть это будет между нами.
— Буду, — серьезно ответил парень, — теперь буду.
Узкая улица делала резкий поворот вправо и круто шла вверх. Серые стены полузаброшенных обветшалых домов были шероховатые и слегка влажные на ощупь после дождя. Переулок был вымощен круглым булыжником, и идти Яну было не очень удобно, приходилось искать дополнительную опору. Солнце стояло в зените, в это время начинается самая жара, и окна, выходящие на улицу, были задернуты шторами. Яну хотелось пить и отдохнуть где-нибудь в теньке, но дорога в горной деревне всё не кончалась, и парень напрягал последние силы, чтобы достичь цели своего пути.
— Лови, лови! — на относительно ровной площадке двое мальчишек гоняли футбольный мяч, кричал тот, что был постарше, с выбеленными на солнце волосами.
— Подожди, сейчас человек пройдет, — кивнул в сторону Яна младший мальчик, — а то попаду еще.
— Конечно, пусть проходит, — отозвался второй, — а то зашибешь!