Она стояла за порогом обворованной квартиры Насадного, одетая современно и даже модно. В блокадном Ленинграде, впрочем, как и в латангском аэропорту, она являлась не одна – с мужчиной, называвшим себя Страгой Севера.
Насадный узнал ее мгновенно, возможно потому, что когда-то долго и исподтишка наблюдал за ней, даже любовался, и потому запомнил эти вишневые неповторимые глаза.
– Прошу, – после паузы пригласил академик.
– Не нужно пока никуда звонить, – сразу предупредила Дара, закрывая за собой дверь. – Извини, Насадный, но нам пришлось изъять у тебя всю коллекцию, связанную со звездными ранами.
– У меня была такая мысль, – сдерживая недовольство, ворчливо произнес он. – Могли бы предупредить.
– Не могли, – сказала она. – Все должно выглядеть как настоящая кража…
– С чем это связано? – возмутился Насадный. – Почему вы хозяйничаете у меня в доме, в жизни? Делаете все, что захотите!.. Или я все еще обязан вам за спасение в блокаду?
– Насадный, ты постарел, – с некоторой грустью определила Дара. – Чувствуешь, стал ворчливым и безрадостным. А тогда, в Латанге, был еще молодым и сильным. И когда-то водил на празднике Радения, помнишь?
– Не помню…
– Постарел и успокоился. А фаза Паришу достигла своего расцвета. Летарии, объединившись, упиваются счастьем и блаженством, поскольку фаза бед, потрясений и катастроф для них живительная, питательная среда. Ты же, Варга, тем временем превратился в обыкновенного камнереза и увлекся искусством. И ладно бы искусством – еще и бизнесом. Продаешь свои каменные полотна на берегу Невы.
Она говорила и при этом расхаживала по квартире, озирая пустые полки. Академик сел в свое кресло и молча наблюдал за гостьей. Наконец Дара принесла стул и, пристроившись рядом, участливо похлопала по вялой руке.
– Мы же с тобой знакомы, Насадный, ты вспомнил меня? Дару невозможно забыть…
– Да, я помню, – сдержанно обронил он.
– Знаю, ты устал, скорбишь по другу и чувствуешь полное одиночество, – участливо проговорила она. – Но ты не одинок, Насадный. Ты же заметил: я появляюсь, когда тебе трудно…
– В прошлый раз ты была… с мужчиной, – напомнил академик.
– Теперь пришла одна… Тебе же трудно, Варга? Почти так же, как в блокадном Питере.
– Там были другие… И Дара – другая.
– Но похожая на меня, – уточнила она. – По крайней мере к тебе приходят люди с желанием разделить участь, верно?
– Зачем вам понадобилась моя коллекция? – спросил он, внутренне сжимаясь еще больше. – Изъяли папку с расчетами – ладно. Я действительно увлекся алмазами… Но коллекция образцов из всех астроблем земного шара? Это все, что у меня осталось. Я не закончил исследований…
– Если бы не взяли мы – завтра она бы оказалась в руках кощеев, – заявила Дара. – Надеюсь, ты помнишь, кто управляет летариями?.. Но на сей раз не только тебе – и нам трудно, – продолжала она. – Я пришла за помощью. Настала пора отдавать…
– Я уже вам отдал секрет «Разряда»…
– Вот о нем и пойдет речь! – подхватила Дара. – Изъять коллекцию было совсем не хлопотно. Труднее оказалось найти в кернохранилище керн со скважины Балтайского месторождения, но не содержащий алмазов. И вывезти его с Таймыра. Мы сделали это…
– Зачем?.. Я до сих пор не понимаю логики ваших действий! Скрыть таймырские алмазы теперь невозможно! Да что там!.. Город продан! Какие-то братья купили его и наверняка ведут добычу!.. Астроблема стоит на руде!
– Да, ведут, – подтвердила гостья. – Ковыряют с помощью зубил и молотков, как делал это когда-то и ты… Потому что пока не запустили экспериментальный образец «Разряда». Ты передал ключевую часть документации, но изготовленная установка цела и находится в городе.
– Это всего лишь действующая модель! – попробовал оспорить Насадный. – Она была демонтирована и надежно спрятана.
– И это ты называешь «надежно»? – усмехнулась Дара. – Твоя коллекция подобрана так, что в совокупности с… изъятыми безобидными бумагами может натолкнуть кощеев на путь исследований в области новейших вооружений. Если же им удастся запустить «Разряд», они откроют природу звездных ран. А это, как тебе известно, совершенно новый вид оружия, против которого уже не может быть никаких защитных систем. Я знаю, ты собирался ехать на Алтай, но придется отменить эту экспедицию и снова отправиться на Таймыр.
Насадный вскочил и, как всегда бывало в минуты крайнего недовольства, заходил нервной, прыгающей походкой.
– Почему?.. По какому праву вы уже не в первый раз вынуждаете меня исполнять вашу волю?
– Это воля Стратига.
Что-то знакомое послышалось в этом имени, в памяти что-то блеснуло, на миг озарило бесконечную цепочку людей, взявшихся за руки…
– Мне шестьдесят два года! – продолжал он, поборов раздражение. – Я прожил свою… плодотворную жизнь и хочу заниматься тем, чем хочу! Меня больше не интересуют ни алмазы, ни «Разряды», ни оружие!
– Насадный, ты совсем еще молод, – сказала Дара. – Всего шестьдесят два… Ты постарел не по возрасту. Поэтому и утратил память… Но, кроме тебя, никто не сможет быстро уничтожить «Разряд». Стратиг обеспокоен. Нам с тобой придется ехать на Таймыр, Варга. Это мой новый урок.
