— Мы подозреваем, что вы в опасности.
— Вот как? Восхитительно.
— Отнюдь Совсем наоборот. В тот вечер, когда давали концерт, мы извлекли отравленный шип из вашего кресла. Или другой случай, пока вы пили на террасе, вам в кубок добавили яд.
От изумления челюсть Фарра отвисла. Где-то кем-то была совершена чудовищная ошибка.
— Вы в этом уверены? Это невероятно.
Сзекр, развлекаясь, сузил щелочки двойных глаз.
— Вспомните правила, связанные с прибытием на Исзм. Они позволяют нам держать под запретом ввоз оружия. Яд — другое дело. Щепотку пыли можно заразить миллионами вирусов и спрятать без всякого труда. Далее, любой приезжий, замысливший убийство, может воспользоваться удавкой или ядом. Бдительность сзекров предупреждает акты физического насилия, так что встревожить нас может только яд. Каковы вспомогательные средства? Еда, питье, инъекции. Классифицируя подобные способы и приспособления, мы всегда можем найти соответствующий раздел уголовного кодекса и прочитать: «Отравленный шип, заноза или зазубрина, предназначены для прокола бедра или ягодицы посредством вертикального давления под действием силы тяжести». Следовательно, в нашу слежку неизменно входит проверка мест, на которых вы любите посидеть.
— Понятно, — сказал Фарр сдавленным голосом.
— Отраву у вас в питье мы обнаруживаем с помощью реагента, который темнеет в случае любого изменения первоначального материнского раствора. Когда помутнел один из бокалов скотча с содовой, мы его заменили.
— Это крайне непонятно, — сказал Фарр. — Кому понадобилось меня травить? Чего ради?
— Я имею право вас только предупредить.
— Но против чего вы меня предупреждаете?
— Детали ничем не помогут вашей безопасности.
— Но я же ничего не сделал!
Помощник коменданта показал лорнетом.
— Вселенная существует восемнадцать миллиардов лет и последние два миллиарда производит разумную жизнь. За это время не наберется и часа, когда торжествовала бы полная справедливость. Не исключено, что состояние ваших личных дел вполне согласуется с происходящими событиями.
— Другими словами...
— Другими словами — ходите беззвучно, глядите по углам и не позволяйте соблазнительным самочкам увлечь себя в темные комнаты — Он дернул тугую струну, вошел молодой сзекр. — Проводите Эйли Фарр-сайнха на борт «Андре Саймика». Мы отменяем все дальнейшие проверки.
Фарр недоверчиво воззрился на него.
— Да, Фарр-сайнх, — сказал сзекр. — Мы чувствуем, что вы были честны.
Совершенно запутавшийся, Фарр покинул стручок. Что-то было не так. Исзмийцы отменили проверки. Такого не бывало никогда и ни с кем.
Оказавшись в каюте на борту корабля, он улегся на эластичную панель, служившую койкой. Итак, он был в опасности. Так сказал сзекр. Эта мысль никак не укладывалась в голове. Фарр был человек не робкого десятка. Он не побоялся бы вступить в бой с явными врагами. Но знать, что в любую минуту тебя могут лишить жизни и не подозревать, кто, зачем и как... От таких раздумий в желудке поднималась тошнота. Конечно, думал Фарр, помощник коменданта может и ошибаться. Может быть, он воспользовался таинственной угрозой, чтобы заставить Фарра держаться подальше от Исзма.
Он встал и тщательно обыскал каюту, но не обнаружил ни скрытых механизмов, ни шпионских тайникоа Затем он навел порядок в своем имуществе таким образом, чтобы сразу можно было заметить нарушение. Отодвинув ворсистую панель, Фарр выглянул в коридор. Он был пуст. Фарр вышел и торопливо прошел в комнату отдыха.
Там он изучил список пассажиров. На борту, включая его самого, находились двадцать восемь путешественников. Некоторые из имен были ему знакомы: мистер и миссис Эндервью, Джонас Ральф, Уильфред Уиллеран и Омон Бозхд; прочие приблизительные транскрипции чужеродных фонем не значили для него ничего.
Фарр вернулся в каюту, запер дверь и улегся на кровать.
Своих спутников он смог увидеть не раньше, чем «Андре Саймик» вышел в межзвездное пространство, и капитан пришел в комнату отдыха, чтобы огласить, как полагается, список корабельных правил. Здесь к тому времени собрались семеро исзмийцев, девять землян, трое коммерсантов с Монаго, трое монахов с Кодайна, совершавших ритуальное паломничество по планетам и еще пятеро с различных миров. Большинство пассажиров прибыли на Исзм этим же кораблем. Исзмийцы, за исключением Омона Бозхда, были наряжены в золотые и черные ленты — форма агентов плантаторов, людей высокопоставленных и строгих, более или менее равных по рангу. Фарр предположил, что по меньшей мере двое из них сзекры. Группу землян составляли двое словоохотливых юных студентов, седеющие санитарные инженеры, возвращавшиеся на Землю, супруги Эндервью, Ральф и Биллеран, а также Карто и Мабел Влевски, молодая путешествующая пара.
