— Обязательно воспользуюсь вашим предложением, если в Амниану Красная Ветвь одолеет Голубую Воду…
Четыре дня назад они покинули Джинкли, и три дня осталось до прилета на Балленкарч. Опершись на перила на верхней палубе, Джо прислушивался к медленным шагам. Из-за угла показалась Ильфейн. У нее было бледное озабоченное лицо и большие, чистые глаза. Она в ожидании приостановилась возле него, словно готовая продолжать путь.
— Хэлло, — сказал Джо и вновь стал смотреть на звезды.
Что-то незаметное в лице Ильфейн сказало ему, что она остановилась окончательно.
Девушка сказала:
— Как раз тогда, когда мне нужно с кем-нибудь поговорить, вы меня избегаете.
Джо спросит проникновенно:
— Ильфейн, вы любили когда-нибудь?
На ее лице отразилось недоумение:
— Я не понимаю…
Джо хмыкнул:
— Всего лишь земная абстракция. С кем вы живете на Кайрил?
— А-а! С тем, кто мне интересен. С тем, с кем хочется, кто дает мне почувствовать свое тело.
Джо опять повернулся к звездам:
— Суть несколько глубже…
Ее голос стал тихим и серьезным:
— Я очень хорошо вас понимаю, Джо.
Он повернул голову. Он улыбался. Ее алые, как вишни, губы, были так близко, а темные глаза горели. Он поцеловал ее — словно измученный жаждой обрел источник.
— Ильфейн…
— Да?
— На Балленкарче… мы повернем и полетим назад, на Землю. Больше не будет ни интриг, ни тревог, ни смертей. На свете есть столько мест, которые я хочу показать тебе. Столько древних мест на древней Земле, сохранивших свою первозданную прелесть…
Она пошевелилась в его руках:
— Джо, у меня ведь есть свой мир. И есть ответственность перед ним.
Джо горячо произнес:
— На Земле ты поймешь, что все это — подлая мерзость. Это так же низко для друидов, как и для жалких рабов лайти.
— Рабов? Они служат Дереву Жизни. Мы все, так или иначе, служим Дереву Жизни.
—
Ильфейн тихо высвободилась:
— Джо, я не могу тебе этого объяснить. Мы связаны с Деревом. Мы его дети. Ты не понимаешь и не знаешь великой истины. Существует лишь одна Вселенная — Дерево! А лайти и друиды служат ему в бухте посреди языческого космоса. Когда-нибудь все переменится. Все люди станут служить Дереву. А мы возродимся из праха, мы будем служить и трудиться, и в конце концов станем листьями в ночном сиянии. Каждый на своем месте. Кайрил станет святым местом Галактики…
— Это растение, — возразил Джо, — огромное, но все же растение — в ваших умах занимает больше места, чем все человеческое. На Земле подобную штуку мы бы срубили на дрова. Впрочем, зачем — мы бы его опоясали спиральной лестницей и водили бы по ней экскурсии, а на верхушке продавали бы горячие сосиски. И содовую. Мы бы ему не позволили нас гипнотизировать.
Она его не слушала.
— Джо, ты можешь стать моим любовником. И мы будем жить на Кайрил, служить Дереву и убивать его врагов… — Она замерла на полуслове, удивленная выражением его лица.
— Это не годится. Нас вместе это не устроит. Я вернусь на Землю. А ты останешься здесь. Найдешь другого любовника, чтобы он убивал для тебя врагов. И каждый из нас будет делать то, что ему больше по душе. Не спрашивая других.
Она отвернулась и, прислонившись к перилам, стала смотреть на звезды. И вдруг спросила:
— Ты любил когда-нибудь другую женщину?
— Ничего серьезного, — солгал Джо. И тут же спросил: — А ты? У тебя были любовники?
— Ничего серьезного…
Джо мрачно посмотрел на нее. На ее лице не было и тени юмора. Он вздохнул. Земля — это вам не Кайрил.
— Что ты будешь делать, когда мы прилетим на Балленкарч? — спросила она.
— Не знаю, еще не думал. Но никаких дел ни с менгами, ни с друидами у меня не будет, это уж точно. Деревья и Империи меньше всего меня интересуют. У меня и своих дел достаточно, — его голос постепенно стал тише, и он замолчал.
Он как бы со стороны увидел себя в погоне за Гарри Крессом. До сих пор, думая только о Маргарет, на Юпитере, на Плутоне, Альтаире, Веге, Гинизаре, Полярисе, Табане, даже совсем недавно, на Джеминьете и Кайрил, он не видел в своем путешествии ничего донкихотовского, ничего смешного.
Сейчас образ Маргарет растворился в памяти. Но иногда он словно слышал ее звонкий смех. С внезапным страхом он подумал, что в рассказе о его приключениях она найдет много забавного, неправдоподобного. Такого, что сможет ее разочаровать…
Ильфейн с любопытством следила за его лицом. Он вернулся к действительности. Странно, насколько реальна она, в противоположность тем, о ком он думал все это время. Ильфейн действительно не нашла бы ничего смешного в том, что человек ради любви к ней отправился бы скитаться по вселенной. Напротив — ее бы возмутило, если бы он отказался.
— А зачем ты летишь на Балленкарч? — спросила она.
— Надеюсь повидать Гарри Кресса.
— А где ты его собираешься повидать на Балленкарче?
— Не знаю. Начну поиски на цивилизованном континенте.
— Среди балленкарчцев нет цивилизованных.
— Значит, на варварском континенте, — спокойно произнес Джо. — Насколько я знаю Гарри, он обязательно будет в гуще событий.
— А если он мертв?
— Тогда я поверну назад и со спокойной совестью отправлюсь домой…
