– Что ж… – оборотень вздохнул. – Ладно. Будем тянуть время и ждать.
– Ждать? – ошеломленно переспросил Умберто. – То есть вы оба хотите сказать, что мы будем просто сидеть тихо, пока гонцы Капитана-Императора не прибудут за нашими головами? И это
– Я не вижу других путей, – подтвердил Крейн. – Мы должны выполнить обещание, которое Марко Эсте дал лорду-искуснику. Я не могу потерять и эту маску, понимаешь? Лишиться Эсте – всё равно что оборвать все нити, связывающие «Невесту ветра» с сушей. Деньги, дома, десятки помощников и подставных лиц… Умберто, если всё это сгорит из-за того, что я поддамся страху и убегу, то грош мне цена.
– Вот как… – протянул моряк. – На тебя это не похоже, Кристобаль. Если бы я не знал тебя целых восемь лет, то решил бы, что и впрямь говорю сейчас с торговцем, который больше всего на свете ценит собственную шкуру. Я-то думал, для тебя нет ничего важнее «Невесты».
– И это верно, – сказал магус, и в его голосе проскользнула нежность. – Но не забывай, я ведь не только Кристобаль Крейн, а ещё и лорд Фейра. Последний из Пламенных. Огонь не может вечно бродить по воде – чтобы жить, ему необходима суша.
Умберто взглянул на оборотня, потом на Крейна; отчего-то они оба вызвали у него странное чувство, почти неприязнь. Магусы. Высокомерные небесные дети, что им до червей, обреченных недолгое время ползать по земле, а потом уйти в землю? Фейра неуязвим для огня и не всегда понимает, что легко может испепелить всё вокруг… или понимает? Быть может, ему просто нет до этого дела? А оборотень, тот совсем чужой – живое зеркало, лишенное собственного лица, лишенное души.
«Ты ведь обманул меня, Кристобаль».
Феникс и пересмешник уставились на него.
– Ты что-то хотел сказать? – спросил Крейн, но перед этим рот Хагена приоткрылся, как будто он хотел задать тот же вопрос.
– Хотел сказать, что уже слишком поздно, – ответил Умберто. – Я так хочу спать, что в глазах двоится. Всего хорошего, господа капитаны!..
Этой ночью сон про узел плавно перешел в другой – странный, тревожный.
Умберто в полном одиночестве стоял на палубе «Невесты ветра» и чувствовал, что в трюме тоже никого нет. Команда покинула фрегат, а он остался, но почему? Нет ответа. Быть может, их утащил в море пожиратель кораблей – право слово, это имя подходило чудищу куда лучше, чем «глубинный ужас», – а может это всё проделки Крейна. Ха, если капитан и впрямь решил так наказать своего помощника за наглость и непослушание, то он здорово просчитался – ведь у Умберто есть союзник, да ещё какой!
«Ты ведь всё слышишь, правда? Хоть и не говоришь. Он обманул тебя и когда-нибудь жестоко за это поплатится…»
И «Невеста ветра» ответила – обняла так, как умела она одна. Их души слились, мир стал другим – ярким и красочным, полным новых звуков и ощущений. Теперь он был не человеком и не фрегатом, а чем-то иным.
«О, Заступница! Я и не знал, что быть навигатором так приятно…»
Он – замершая в полете стрела, огненная искра на границе воздуха и воды, затерявшийся в бескрайнем небе отзвук гитарной струны. Чего ещё можно желать, о чем мечтать? Отсюда уже нет дорог ни вперед, ни назад, потому что здесь нет времени, одно лишь вечное «сейчас».
Но иногда одна лишь мысль о прошлом способна разбудить память…
…Было очень странно очнуться утром на койке, хоть и узкой, неудобной, но всё же по сравнению с кучей гнилой соломы показавшейся истинно королевским ложем. Умберто приподнялся на локтях – голова всё ещё гудела, – огляделся вокруг. Койки, гамаки, чей-то храп слышится поодаль… Что это за странное место, куда он попал? События вчерашних дня и вечера вспоминались с трудом. Кажется, его приговорили и должны были казнить, но потом что-то произошло.
– А-а, проснулся! – Над ним склонился незнакомец – седой, морщинистое лицо светится доброжелательностью и участием. – Голодный, наверное? Или сначала искупаешься?
Умберто втянул носом воздух – и его чуть не вывернуло наизнанку. Купаться, срочно! От него смердит тюрьмой, судом, приговором к высшей мере. Нужно всё это смыть… смыть всю прошлую жизнь. И какая разница, куда он попал? Будь это хоть царство Великого шторма, ему уже всё равно.
– Меня зовут Эрдан, – сказал старик. – Я здешний корабел. Ты, как я погляжу, на фрегате впервые? Что ж, капитан придумает, что с тобой делать.
В его ласковом голосе послышалось недоверчивое удивление, и Умберто тотчас же напрягся. Нет-нет, раз уж он сюда попал, то обратно нипочем не вернется! Да, бывать на больших кораблях ему раньше не доводилось, но не может быть так, чтобы для молодого парня, у которого руки-ноги на месте, не нашлось на борту подходящего дела.
– Не прогоняйте меня, – попросил он чуть слышно. – Мне некуда идти.
– А кто тебя гонит? – удивился Эрдан. – Вот приведешь себя в порядок и поговоришь с капитаном. Раз уж он тебя притащил на «Невесту» – значит, ты ему для чего-то нужен.
