Или всё уже произошло?
Незнакомый парнишка, чьи светло-русые волосы торчали во все стороны непослушными вихрами, а серо-голубые глаза странно блестели, не мигая смотрел на Ризель – он словно ждал, что она его… узнает? Смущенная и растерянная Фаби отступила в тень – она хотела видеть всё и всех, не желая привлекать внимание к собственной персоне, – но от Капитана-Императора этот маневр не ускользнул: Аматейн искоса взглянул на девушку, и она невольно обрадовалась тому, что выражение его лица надежно спрятано под серебряной маской.
– Моя дорогая, – сказал он, обращаясь к принцессе. – Рад, что ты так быстро ответила на мой зов.
Тон Аматейна был отеческим, ласковым, и Ризель склонила голову, как послушная дочь, но по её лицу разлилась бледность, чья причина пока что оставалась тайной для Фаби. Одно Воробышек знала точно: она никогда раньше не видела принцессу такой испуганной.
– Тебе знакомы эти люди? – спросил Капитан-Император. – Говори
– Я не знаю их имен, – ответила Ризель, чуть помедлив.
– Но ты их видела раньше? – вкрадчиво уточнил Аматейн. – Посмотри внимательно. Быть может, один из них тебе кого-то напоминает?
«Заступница, да ведь это допрос!» – ужаснулась Фаби. Капитан-Император делал с дочерью то же самое, что она недавно сотворила с Витесом – ястреб, стоявший у самых дверей, тоже всё понял и с трудом сдерживал мстительную улыбку. Но почему? Неужели Ризель и впрямь уже случалось раньше встречаться с кем-то из этих двоих?..
Принцесса всё медлила с ответом; её взгляд изменился – затуманился не то от слез, не то из-за приближающегося обморока, – а лицо сделалось почти таким же белым, как волосы. Казалось, она перестала дышать.
– Хватит! – вдруг сказал светловолосый незнакомец странным скрипучим голосом, который совершенно не подходил к его юному лицу и миловидной внешности. Ризель вздрогнула, взглянула на него – и на её смертельно бледных щеках проступил легкий румянец, а из груди вырвался вздох. Одно котороткое слово отменило приказ Капитана-Императора говорить правду и дало принцессе возможность промолчать.
– Великолепно! – воскликнул Аматейн. – Что ж, моя дорогая, я так и понял, что ты потеряла дар речи от избытка чувств, потому что этот юноша и впрямь отчасти напоминает твоего брата… Но Амари покинул этот мир больше двух лет назад, и я видел его бездыханное тело. Что ты теперь скажешь, Ризель?
– Он… очень похож, – еле слышно прошептала принцесса. – Кроме голоса.
– Голос… – проронил Капитан-Император и стукнул тростью об пол. Тотчас же вновь отворились двери и на пороге выросли двое стражей. – Джессен, приведи сюда нашего третьего гостя – он, вероятно, уже заждался! – и ещё разыщи лорда Рейго и Чейна. Без промедлений!
– Слушаюсь! – ответил ястреб и быстрым шагом вышел из кабинета. Фаби воспользовалась этим, чтобы приблизиться к госпоже, и Ризель схватила её за руку, как утопающий хватает спасителя. Это была, с изумлением поняла девушка, беззвучная просьба о помощи – всё, что могла себе позволить гордая Белая Цапля.
«Я не оставлю вас, Ваше величество…»
Аматейн, хромая, подошел к стоявшему у камина креслу и тяжело опустился в него, впервые показав некоторые признаки болезни, что терзала его вот уже много лет. Отложив в сторону трость, он подпер рукой подбородок и произнес таким тоном, словно речь шла о погоде:
– Итак, вы утверждаете, что после случившегося в Эверре на «Невесте ветра» произошел мятеж, в результате которого Кристобаль Крейн оказался повержен. Его команда взбунтовалась, его фрегат выбрал себе нового навигатора… так?
– Именно так, Ваше Величество, – почтительно сказал второй незнакомец. – За исключением одной детали. Настоящая фамилия Кристобаля Крейна – Фейра.
– Я давно знаю о том, что последний из рода Фениксов не погиб, – ответил Капитан-Император, усмехнувшись. – Надеялись меня удивить? Я знаю намного больше, чем ты думаешь, Умберто – о «Невесте», о тебе, о других членах команды. Только вот о юнге до сих пор ничего не слышал. Ты хорошо прятался, мальчик…
Юноша, назвавшийся Амари, вскинул голову, но промолчал.
– Вы оба врете, хотя врете очень складно, – продолжил Аматейн. – Отчего я должен поверить, будто это не очередной спектакль Крейна-Фейры? Он ведь превосходный актер и команду подбирал по своему образу и подобию… Нет, подумать только, какая история! Мой сын, оказывается, вовсе не погиб, а сбежал из дворца и
Умберто вздохнул.
– Ваше величество, мне нечего добавить к тому, что уже было сказано. Наш капитан… бывший капитан… давно перешел границы дозволенного, и «Невеста ветра» всё решила сама. Эверрские события были последней каплей, переполнившей чашу терпения…
– А вот сейчас ты и впрямь лукавишь! – перебил Аматейн. – Фрегат не затеял бы мятеж, не окажись среди команды того, кто был бы готов стать новым навигатором. Почему она выбрала тебя?
– Не знаю…
