Аматейн произнес последнее слово с особым чувством, и от этого Амари покрылся холодным потом с головы до пят: не нужно было знать много государственных тайн, чтобы понять, о каком смирении речь.
– Это неправильно, – сказал принц. В тот же миг серебряная маска повернулась в его сторону; по ней пробегали черные волны. – Я хотел сказать, что «Невесту» следует судить так же, как и её матросов… а ведь многие из них заявили, что хотят служить Империи!
– Так она и будет служить, Ваше Высочество, – вполголоса проговорил Эйдел Аквила. – Только почернеет немного, вот и всё.
Капитан-Император молчал.
«Он ждет, – с ужасом понял Амари. – Ждет, что я скажу!»
Бывший юнга глубоко вздохнул и… не смог издать ни звука. Голос пропал! Хриплый, ненадежный, ненавистный, но такой нужный именно сейчас – он исчез бесследно, предал своего хозяина! Сейчас отец решит, что ему больше нечего сказать, сейчас он вынесет приговор «Невесте ветра», и это будет конец всему!
Он закашлялся так, что потемнело в глазах, и чей-то возглас «Воды!» показался очень далеким, словно прозвучал с борта другого корабля. Другого? Он же не на фрегате… На мгновение Амари утратил ощущение времени, слишком уж невероятным было случившееся только что – ведь капитан никак не мог его подбодрить, его связующая нить была разорвана! – и к реальности его вернул лишь взгляд отца.
– Я считаю… – проговорил принц, и каждое слово давалось ему с большим трудом, – что в интересах присутствующих оставить «Невесту ветра» такой, какая она есть. Иначе на всех островах станут говорить, что фрегат Кристобаля Крейна не покорился имперцам, а потому им пришлось лишить его разума. Вы хотите, чтобы о Крейне и его «Невесте» продолжали сочинять легенды и песни даже после того, как их последнее плавание закончится?..
Наступила тишина.
– Что ж, – наконец проговорил Капитан-Император. – Не будем торопиться.
Был уже поздний вечер, когда Ризель наконец разобралась со всеми обязанностями, которые столь неожиданно взвалил на неё Капитан-Император – нешуточное дело, за три дня подготовить грандиозный праздник для всего дворца! Фаби заметила, что Её Высочество еле стоит на ногах, и решила: что бы ни означала на самом деле записка, переданная Рейнену Корвиссу, на сегодня о ней можно забыть.
– Вели приготовить ванну, – сонно пробормотала принцесса. – Как я устала!..
Фаби распорядилась нагреть воды, а сама подготовила ароматные соли и притирания, чистую одежду для Ризель. Вновь, как и утром, привычные хлопоты успокаивали, однако её не оставляло ощущение, будто где-то за спиной постоянно слышатся голоса. Неразборчивые, тихие, далекие – но если к ним прислушаться, то…
…Вздрогнув, компаньонка пришла в себя.
– Заступница, – отрешенно пробормотала она. – Теперь я действительно сплю с открытыми глазами…
А принцесса, как выяснилось, на самом деле вовсе не собиралась принимать ванну: вернувшись в спальню, Фаби застала госпожу за мгновение до того, как та собиралась исчезнуть. Ризель казалась суровой, сосредоточенной и странным образом посвежевшей – и как только ей удалось перебороть усталость? Ещё один вопрос без ответа, но сейчас не было времени на размышления.
«Моя принцесса вновь отправляется гулять по ночам?..»
– Ваше Высочество! – Фаби упала на колени. – Не оставляйте меня одну! Возьмите меня с собой, пожалуйста!!
Ризель нахмурилась.
– Ты хоть понимаешь, о чем просишь?
– Я хочу быть рядом с вами, – прошептала компаньонка. – Рядом, куда бы вы ни отправились – к Рейнену Корвиссу, в подземелье, в Сады иллюзий! Кто знает, как закончится эта ночь? Мне иногда кажется, что стены дворца готовы рухнуть в любой момент… Не хочу быть одна! Не бросайте меня!
Белая Цапля вздохнула, её тонкие губы дрогнули, словно с них вот-вот должен был сорваться вопрос: «Откуда ты знаешь про подземелье?» – но всё же принцесса промолчала. Этот пристальный взгляд был Фаби хорошо знаком, только вот уже давно Её Высочество не смотрела на свою компаньонку сверху вниз.
Наконец, Ризель сдалась.
– Хорошо, – сказала она. – Но ты пойдешь не со мной, а сразу к Рейнену. Не возражай! Мне и так непросто будет заставить всех стражей забыть о том, что они видели двух женщин, а если появится ещё и третья… Иди к Корвиссу и скажи ему, что я скоро буду.
«Двух женщин? Третья?..»
Фаби растерянно кивнула и отступила, позволив Ризель выйти из спальни.
Она уже не была столь уверена в том, что поступила правильно…
