Крышка раскрылась и я уселся на ложементе, не глядя ткнув пальцами в комм, чтобы раскрыть голоэкран. Вот только пальцы уткнулись в рукав комбеза. Комма не было… и сам умный костюм был отключен! Как на занятиях со Стунием. Нет, я понимаю: тестирование, выживание. Но, по-моему, кто-то совсем уж перегнул палку. Ну и как я теперь Валону пошлю сигнал о проблеме? Его-то в кубрике нет. Что логично: Умберу не запретили общаться с командой. Ну и ладно. Не маленький: сам расходники сменю. Новые должны быть в аптечном рундуке. Так, сколько там мне еще спать осталось?
Посмотреть я решил просто на экране соседней капсулы — ложились все вместе и на один срок. Ну-ка…
«
Я так и сел. Целую секунду мое сознание напрочь отвергало увиденное, твердя, что такого не может быть, потому что просто не может быть никогда. Глюк, сон, что угодно! Неужели я так многого прошу? Видать, да. И коты мои остались на Элитее… Все, секунда кончилась.
Нет данных глобального позиционирования
Первым делом я активировал на всех остальных занятых капсулах процесс пробуждения. За сорок с лишним дней транспорт мог улететь далеко за границу Ста Миров… а мог просто простоять на поверхности планеты или луны. Или вообще проболтаться в открытом космосе. Не стоило сбрасывать со счетов и возможность дрейфа в гиперпространстве. В общем, надо было в первую очередь разобраться в ситуации на борту и за бортом. Не исключено, что придется как-то сразу резко действовать — и лучше б тогда сразу всем вместе.
«Может, это проверка? — мелькнула у меня вроде как все объясняющая мысль. — Просто обман? Подмена данных капсул, чтобы уверить курсантов в том, что прошло уже полтора месяца? Часть испытания? Реакция на стресс?»
Вот только один предательский факт перечеркивал стройную гипотезу. В искусственно заданных условиях я не мог проснуться раньше. Меняя данные в «мозгах» капсул оператор обязательно наткнулся бы на недостачу расходников. Но я все равно проснулся раньше, и причиной тому мое ведьмачество. Мой организм куда активнее сопротивляется постороннему вмешательству, чем тело обычного солнечника. Вот капсула и вынуждена была быстрее расходовать ресурс.
«Значит, все по серьезному», — окончательно принял ситуацию я, проводя рукой по сенсору внутренней двери кубрика. Замок мигнул красным, подтверждая запрет на выход… а у меня на пальцах остался тончайший слой пыли. Проклятье, да дверью и правда несколько недель не пользовались!
Возможно, стоило дождаться пробуждения остальных, чтобы не разделяться. Не будь на борту Анасдеи, я бы так и сделал. Но мост между разумами решал проблему связи, и я решил, что разведка важнее. Неизвестность меня очень напрягала. Может, мы сейчас в звезду падаем, а в рубке — никого? Опять же, как-то готовится к возможному бою мне не требовалось. Одаренный — универсальная боевая единица сам в себе. Особенно такой, как я.
Разряд Проявления Молнии, созданного прямо внутри переборки, выжег механизм магнитного запора люка, одновременно отсекая «умную» часть замка от эффектора. Спасибо Синему и Алисе, теперь я знал, как это делать. Теперь сигнала тревоги на пульте в рубке не будет… если, конечно, он вообще был настроен. А вот с камерами я сделать ничего не мог. Но вряд ли корабельный компьютер отреагирует на перемещение человека. Я ведь не пожар и не задымление. А если б за нами наблюдали — навешали б почаще.
Остро не хватало фамильяров: будь здесь моя четверка, она уже взяла бы корабль под контроль! Но и так справлюсь! Прикрыв дверь и держа щит перед собой, я бесшумно двинулся по пустому коридору в сторону рубки, одновременно пытаясь нащупать людей или других крупных живых существ при помощи того самого чувства Солнечника, что помогает легче целится в живое. Пусто, пусто, пусто… есть, кто-то впереди! В рубке! И люк не закрыт. Надо предельно аккуратно заглянуть…
— Неизвестное корыто с отключенным транспондером, немедленно назовите себя! Даю тридцать секунд, а потом передаю вас на попечение нашим штурмовикам.
— Код доступа «Тарта-382».
— В смысле? Майлз, что за нахрен «Тарта-382»? О чем этот чел вообще?
— Посмотри в журнале кодов, даун!
— Эй, следи за языком!.. Неизвестный борт, держите канал связи включенным, ожидайте…
С нашей стороны беседу явно вел Умбер Валон, наш Наставник. Это он назвал какой-то код. А вот на другом конце канала связи был… диспетчер полетного контроля? По идее я должен был окликнуть нашего Учителя. Вот только услышанное заставило меня еще и дыхание замедлить, совсем уж вжимаясь в пол и переборку. Почему Умбер занял место пилота? Где экипаж? И что за «протокол» связи? Ладно, на планете нет автоматизированной системы посадки, но «Корыто», «нахрен», «даун» — кто так разговаривает с заходящим на посадку прибывшим кораблем? Да еще и попутно беседуя — не отключая связи! — с каким-то Майлзом, который находится рядом.
