Но и плохим человеком Косыгину я считать не мог. Далеко не худший вариант — в этом полугодии на медицинских практиках я насмотрелся на кадетов с разных курсов. «Прописчики» их бывшей группы Коррена и Зандера смотрелись безобидными овечками на фоне буллеров из первого потока — тех самых, что Полночь напугала до усрачки. Да и среди старшаков находились те еще кадры. Причем и клановые, и обычные.
Но хороших парней и девчонок среди обучающихся все же было больше. И пока такие люди шли служить во Флот Ста Миром — за будущее Республики можно было не беспокоится. Как и за будущее Академии.
Год 1140 от начала Экспансии
Планета Элитея, столица Ста Миров
Помещение предназначалось для ожидания. Небольшое, около двадцати квадратных метров, но на удивление уютное. Несколько кресел, мягкий диван, картины на стенах и даже инсталляция в виде камина, в котором бился почти не отличимый от настоящего голографический огонь. А еще здесь было тихо. Очень тихо. Даже не скажешь, что снаружи бурлит жизнь самого беспокойного в Ста Мирах и никогда не прекращающего работать чиновничьего органа — Парламента Республики.
За его стенами, в коридорах этого человеческого улья, тысячи людей были заняты своими ежедневными, несомненно, важными делами. Бегали, ходили, проводили совещания, устраивали беседы, читали с планшетов, о чем-то спорили или перекусывали во множестве расположенных по территории кафе.
Большая их часть даже не догадывалась о том, насколько важное событие должно было произойти в этих стенах сегодня. И, скорее всего, никогда о нем не узнают.
А вот два человека, сидящие в удобных креслах комнаты ожидания, прекрасно знали и понимали. Ждали его с нетерпением, но проявляли эмоции по разному.
Высокий импозантный мужчина с проседью в длинных, собранных в хвост на затылке волосах и постоянным намеком на улыбку на лице, только что разлил по чашкам чай, и готовился попробовать ароматный напиток.
Его сосед в сторону чашек даже не смотрел. Очень высокий, худой и какой-то нескладный, что бросалось в глаза даже когда он сидел, с огненно-красными волосами, среди которых выделялась белая прядка, нахохлившись смотрел прямо перед собой. На его лице застыло выражение недовольства.
— Не могу поверить, что ты уговорил меня на это, Дэниел, — проворчал он негромко. — Такого никто никогда не делал… Во имя Потока — политика! Чем я думал, вообще?
— Прошу, успокойся, Рерис, — на ректора Академии ворчание спутника не произвело никакого впечатления. Он неторопливо поднес чашку к губам и сделал крохотный глоток. — Какой у нас был выбор?
— Да я понимаю… Но все равно.
— Ты мне лучше другой скажи. Того Зверя — волка — так и не смогли обнаружить?
— Ты ведь прекрасно знаешь, что нет, — фыркнул Рерис. — У тебя прямой контакт с инквизиторами из СБ.
— Я спрашивал про твои возможности, а не их, — тонко улыбнулся Дэниел.
— Нет, дети Потока, из тех, с кем я держу связь, не смогли помочь в его поисках. Но несомненно, что он не из местных. Гастролер, причем не очень-то и сильный.
— Правда? — ректор Ли искренне удивился. — А мне инквизиторы сказали совсем другое. Да из рапорта ВИО-шесть это буквально следовало. Сильный, разумный, легко ушел от преследования…
Красноголовый мужчина откинулся на спинку кресла. На его губах возникла улыбка легкого превосходства. Во время разговора он немного расслабился. Чего, собственно, Дэниел и добивался.
— Детишкам простительно не понимать истинную силу Зверя, — лекторским тоном произнес он. — Да, выглядел Волк могучим и, возможно, действительно обладает собственным разумом. Но говорил за него Шаман. Смотрел его глазами и оценивал ситуацию. И он же его увел, едва осознал, что справится с нашими воспитанниками не сможет.
— Вот как? — немного озадачился ректор.
Он-то сам Шаманом не был, и о Зверях Потока знал не слишком много. Гораздо больше, чем многие в Республике, но лишь потому, что Рерис ему об этом рассказывал. Как главе Академии. Но при этом далеко не все — Хранитель Храма был тем еще тихушником.
— Именно так! — Рерис со значением воздел палец к потолку. — Скорее всего Волк — отожравшаяся на жертвах тварь…
Тут он встрепенулся, сообразив, что сказал больше, чем собирался, и замолчал.
Дэниел вздохнул — вот так всегда! Каждое слово приходится тянуть клещами. И вроде его собеседник понимает надежность союзника, но никак не может побороть природную скрытность.
— А его Шаман? — толкнул он очередной пробный шар.
— Деланый, — неохотно ответил красноголовый. — Как и сам Зверь. С высокой степенью вероятности — из питомника на Фортуне. На Элитее недавно, иначе бы так глупо не подставился. Сейчас, если у него есть хоть капелька мозгов, он залег на дно, и вряд ли появится в ближайшие несколько месяцев.
— А раньше об этом ты не мог сказать? — без возмущения, но с легкой укоризной, уточнил ректор.
