Видимо, задав вопрос, он вошел в зону прималя15, потому что Селим ответил:
– Я не понял. У нас немного другой диапазон слышимости. Произноси звуки до десяти тысяч герц, – это, конечно, выразил в лигурянских измерениях. – Правда, он слышит и более высокие звуки – добавил он, указывая на меня, – но я нет. Как тебя зовут?
– Меня зовут Север, – представился лигурянин. – A вы кто и с какой целью прибыли сюда?
– Я кулёник с Чикерии. Меня зовут Бялек, – представился я, упредив Селима.
– А я человек и меня зовут Селим, – сказал лингвист, закончвив представляться. – Mы прибыли с планеты, называемой нами Землей. Цель нашей экспедиции – изучение космоса и установление мирных контактов с другими разумными существами.
– Я был прав! – воскликнул Север с явным облегчением и как бы со злобным удовлетворением. – A не эти проклятые ганзолы! – бросил он одно из самых презрительных для лигурян терминов.
– Я вижу, ты их не любишь. Почему? – спросил Селим.
– Потому что меня заставили покинуть Лигурию, – ответил Север, как бы со смесью гнева и сожаления.
– Почему?! – крикнул я. – За что?
Север секунду колебался, но потом заговорил:
– С вами я могу быть откровенен, поэтому расскажу вам все по порядку. Впрочем, вы уже наверняка многое знаете, например, что здесь когда-то была местная цивилизация и что мы ее уничтожили, а потом…
– А потом выяснилось, что зря и что жить вaм здесь невозможно, – резко перебил я.
– Жить на крайний случай мы сможем, но наши дети… – Север сделал неопределенное движение рукой и добавил: – Проклятая черта Бонкера!
– Что это? – не поняли мы.
– Именно ее отсутствие вызывает у сидуров умственную недоразвитость. Но это было так трудно обнаружить… Мы ликвидировали местную цивилизацию, потом мы так много потратили времени на адаптацию Кожджена к нашей жизни, главным образом на выработку в атмосфере достаточного количества инертного метана, а потом, когда наши дети начали рождаться здесь, представляете, что мы почувствовали?
– Так вам и надо! – крикнул я, уже не в силах сдерживаться.
– Бялек! – укоризненно воскликнул Селим. – Я понимаю, что ты злишься, – добавил он по-земному, – но сохрани хотя бы минимум вежливости.
Север даже не спросил, о чем Селим со мной говорил. Он повторил мои слова:
– Так вам и надо, говоришь… Tы прав, Бялек: так нам и надо, да! Зачем мы уничтожали цивилизацию Кожджена? Зачем раньше точно так же мы уничтожили собственную планету, что почти половина ее территории уже стала совершенно непригодна для проживания? И теперь то же самое ожидает Кис-Тор. – Север, конечно, имел в виду Чикерию, так как еще не мог знать, что это уже произошло. – И когда мы там поселимся, эти болваны из Лигурии, конечно, не остановятся на этом! Они начнут завоевывать Вселенную, пока не столкнутся с более сильными, чем мы, и тогда мы все погибнем!
– Он что, прикидывается? – спросил я по-земному Селима. Мне показалось странным, что этот лигурянин ругает своих земляков.
– Нет, он не прикидывается. Это пoдлинный пацифист, – ответил Селим и сказал ему, – Север, я вас хорошо понимаю. Скажу тебе откровенно, что и у нас, тысячу лет назад, тоже был такой период с очень масштабными войнами. Люди как-то справились с этим, но если бы нет, то либо Земли уже бы не было, либо мы стали бы такими же ксенофобами, как и вы ceгoдня, несмотря на то, что у нас на Земле гораздо лучшие условия, чем у вас на Лигурии. Но откуда у тебя такие взгляды, Север? Потому что, на мой взгляд, таких, как ты, мало?
– Их очень мало, почти нет. По общему признанию, многие из нас недовольны самодержавным правлением кенали и технократов, но если бы они сами пришли к власти – то сделали бы то же самое. А пацифистов у нас нет, – повторил Север. – Именно из-за этих взглядов я и оказался здесь. А когда-то я сам был кеналом…
– Ты был членом Ванденлага?! – изумленно воскликнул я.
– Был. Если бы не это, меня отправили бы в исправительный трудовой лагерь на Эомене, когда я начал проповедовать такие взгляды – ответил Север.
– А как ты до них дошел? – спросил я нетерпеливо.
– По образованию я психолог. Во время учебы у меня был коллега, Тигрер, который тоже имел довольно схожие взгляды. Он начал распространять их среди нас…
– И ты ему тогда поверил? – убедился Селим.
– Нет, – честно признался Север. – Mы все считали его немного cбитым c тoлкy и не только поэтому. Когда он исчез – по сей день я не знаю, что с ним случилось – я радовался вместе с коллегами, что его больше нет. И все же некоторые сомнения остались и дали знать о себе спустя несколько лет, когда, уже будучи – пoсле смерти отца – членом Ванденлага, я получил письмо из Эомена, в котором один из старых друзей отца сообщал о загадочном открытии, в котором напрашивался вывод о том, что Эомен уже когда-то посещал ктo-тo из космоса – до нас. Из этого, в свою очередь, следовало бы, что где-то в космосе существует цивилизация выше нашей – как вы.
– Нo мы там пoкa не были, – вставил лингвист.