— У тебя все это время был этот нож, — произнес я свои мысли вслух. — Когда мы были там, в темноте, у тебя было много шансов. Почему ты не ударила меня ножом?
Она одарила меня взглядом “терпеливого презрения”.
— Потому что ты мне доверял, — сказала она. — Раньше мне никто не доверял. Видела, какой ты беспомощный тип. Мне даже нравится, не нужно следить за каждым твоим движением. — Затем она обнажила свои коричневые зубы в улыбке, такой же радостной, как у эксгибициониста, пойманного в дамской комнате.
— У меня есть идея, — сказал я ей. — Давай будем друзьями. Но, думаю, ты не знаешь, что это такое.
Она покачала головой.
— Читала об этом в книге, — заявила она почти вызывающе. Она посмотрела на меня так, словно хотела, чтобы я назвал ее лгуньей. Она энергично кивнула. — Да, я умею читать, — подтвердила она. — Меня научила старая леди, которая раньше была, как они говорят, учительницей, прямо здесь, в этом здании. — Она мотнула головой, как бы указывая на бывшую школу наверху. — Я была просто личинкой. Мне нравились кртинки[41] в тех книгах, я нашла кое-что о месте, которое называется “Оз”. Эти книги мне очень нравились. Хотела бы как-нибудь побывать там.
— Значит, мы друзья? — настаивал я на своем. Она прервала свои попытки открыть консервы старой открывашкой для пивных банок. — Будь я проклята, если знаю, как это делается, — сказала она мне. — Ты должен будешь сказать мне, если я облажаюсь или что-то в этом роде.
— Договорились, — сказал я. — А теперь, как друг, как насчет того, чтобы ответить на несколько вопросов, которые у меня есть обо всем.
— Только никакого шпионажа, — напомнила она мне. — О чем ты хочешь знать?
— В страну вторглись и оккупировали ее?
Она покачала головой.
— Тебе лучше спросить о чем-нибудь попроще, — сказала она. — Я не знаю, что это значит.
— Была ли война с русскими? Мы проиграли?
— Никогда не слышала об этих “рушшких”, — нахмурившись, сказала она. — Единственная война, о которой я знаю, это когда Джерси пытался свергнуть Ди-Си. Джерси проиграли, поэтому они так и не захватили Филли. Тебе это надо было узнать, когда ты спрашивал о вещах, которые все знают?
— В далеком прошлом, — поправил я ее. — Джерси, Ди-Си и Филли были просто городами Соединенных Штатов.
Она неопределенно кивнула.
— ”, — заметила она с мягким упреком. — Всегда думала, что это просто одна из сказок, которые я читала.
Интересно, она верила в страну Оз, но не в Соединенные Штаты, которые для нее были всего лишь легендой под названием “Славные деньки”.
В банках оказались тунец, фасоль и томатный суп. Она извлекла откуда-то металлическую миску и вывалила все это в нее. У нее было две ложки. Получилось вкусно.
После ужина я попытался рассказать ей, где я был последние девяносто лет. Она рассмеялась надо мной.
— Мне нравится дружить, — сказала она мне. — Может быть, это часть того “развлечения”, о котором ты говорил.
— Где ты достала консервы? — был мой следующий вопрос.
— Нашла склад далеко вон там, — рассеянно ответила она, кивнув в том направлении, куда мы направлялись незадолго до встречи с покойным Крысенышем. — Не просто так искала, — призналась она, — старая леди сказала, что у тут есть эта кладовая, сказала, что школа - это специально оборудованное убежище, если я правильно это поняла, где есть еда и все такое, вот я и отправилась на поиски. Нашла и консервы, прежде чем нашла свое место здесь. Хорошая еда, верно, приятель?
— Почему бы тебе не называть меня Джексон, — предложил я.
Она сказала:
— Конечно, — встала, отошла в отгороженный угол и вернулась с покореженным пластиковым кувшином, наполовину наполненным слегка мутноватой водой.
— Я тоже не ем всухомятку, — гордо заметила она и налила в виниловый стаканчик половину для меня и еще половину для себя. Я понюхал воду и отпил глоток. Вода показалась мне вкусной, и я вдруг понял, что хочу пить как верблюд. Я выпил — если это убьет меня, то пускай.
Но она была прохладной и сладкой. Очевидно, старая средняя школа была хорошо оборудована на случай чрезвычайных ситуаций; вероятно, воду брали из глубокого колодца с помощью резервного насоса постоянного тока.
— Здесь люди готовы убить за это, — заметила она, потягивая свое “Шато Ля Насос”. — Она тщательно вытирала тарелки и складывала пустые в пластиковый пакет, которых у нее, похоже, было предостаточно.
— Сожгем это позже, — объяснила она. — Чтобы не завелись чокнутые жуки.
— Не думаю, что где-нибудь поблизости есть запас старых журналов и газет, — сказал я.
Я была удивлена, когда она кивнула.
— Знаю, что это такое, — заявила она с некоторой гордостью. — Старая леди рассказывала мне о былых временах, показывала мне кртинки и всякие газеты. У нее было не в порядке с головой. — Бетси постучала по своей твердой на вид тыкве. — Рассказывала о том, что люди ходили по округе средь бела дня, заглядывали в тайники и обменивали бумагу на еду, хорошую обувь и все такое прочее. Впрочем, она была хорошей старушкой. Хотя, по ее словам, она помнила те времена не точно. Читала об этом. Потом были забастовки.
