— Согласна. Твоя кровать размером с Канаду сойдёт, — иронично говорю я, и он смотрит на меня с притворной строгостью, явно держа в памяти наши первые перепалки. Застегнув последнюю пуговицу, он целует меня в висок и аккуратно ставит на ноги.
— Мне пора идти, — говорю я, заправляя рубашку в юбку.
Чонгук недовольно вздыхает и отходит назад, облокачиваясь спиной о стену. Я поправляю волосы, чувствуя, как взгляд Чонгука буквально жжёт кожу, настолько он проникновенный. Взяла сумку с пола, и когда поддаюсь желанию повернуться, наши взгляды снова встречаются. Он делает шаг ко мне, затем ещё один, пока опять не прижимает меня к двери. Чонгук положил ладонь на мою щеку, погладив её подушечкой большого пальца.
— До встречи, — он снова поцеловал меня, и его язык проник ко мне в рот. Так нежно, что я вздрогнула и вся напряглась от переполняющих меня чувств, — Что думаешь делать вечером? — спрашивает он, прерываясь через каждое слово на новый поцелуй.
— Какие у меня планы? — лукаво улыбаюсь я и из-под прикрытых ресниц смотрю на его влажные губы.
— Да, малышка. Какие у тебя планы? — Чонгук трется носом о мой нос и затем целует его кончик.
— На самом деле кое-кому нужно доделать декорации, — мне и думать было трудно, не то, что говорить, когда он так чувственно целует меня.
— Тогда, я думаю, что мы можем совместить приятное с полезным, — я прыскаю от смеха.
— Чтобы вышло что-то полезное, нам нужно находиться на расстоянии двух метров друг от друга.
— Окей, я выдержу, — мурлычет он, и тут же я получаю невесомый поцелуй в щеку.
— Да ну? — щурюсь я.
— На все сто. А вот… — он чуть отодвигается и многозначительно улыбается, намекая, кто из нас двоих проигравший.
— Наглец, — возмущённо хмурюсь я, — Я тоже выдержу, Чонгук, — говорю я с вызовом.
— Спорим? — его руки тянут меня за талию к себе и прижимают ещё ближе к своему телу. Понимаю, что если Чонгук не отпустит меня, то все мое сумасшедшее существо не сможет больше сопротивляться обжигающему, почти ненормальному желанию.
— Ты все-таки не упускаешь возможность отыграться, — мои пальцы неосознанно проходятся по его затылку и теряются в волосах. Закрываю глаза и ощущаю себя птицей, которая мчится прямо к солнцу и не опасается обжечься. От его прикосновений кожа горела огнём, и от каждого касания импульсы разносили волны удовольствия по телу, доходя даже до кончиков пальцев.
— Боишься проиграть? — спрашивает Чонгук, крепко обхватывая мои бёдра.
— С тобой же мне нечего бояться, разве нет? — с трудом выдыхаю я, проводя носом по его шее.
— Быстро схватываешь правила, — нежно говорит он и быстро чмокает меня в губы, — Но ты хитришь.
— Боже, хорошо, — смеюсь я и обхватываю его лицо ладонями, — Спорим, — последний раз поцеловав его в губы, я прошептала:
— Мне пора, — я, не глядя, нашла ладонью ручку двери и открыла замок, — До встречи, — сердце сладко замирает, когда вижу озорную улыбку на губах Чонгука, но все же, вопреки своему желанию остаться, аккуратно толкаю его в грудь, и он немного отступает назад.
Закрыв дверь кладовой, я глубоко вздохнула, почувствовав резкое облегчение. Рядом с Чонгуком тяжело держать себя в руках и сохранять холодный ум, а если сказать честнее, то практически невозможно. Поэтому оказавшись за пределами комнаты, туман, пролезший в голову, рассеялся.
Комментарий к Часть 8
Заранее извиняюсь перед вами за все ошибки, которые я не исправила, но заболевшая ковидом я просто не имеет на это сил, а глава так и просится выйти из черновика. 🤪
Жду ваших отзывов! целую и обнимаю всех своих читателей ❤️
========== Часть 9 ==========
Закончив с одним из реквизитов к выпускному, я снова взглянула на электронные настенные часы и устало вздохнула. Чонгук опаздывал практически на тридцать минут с момента звонка на последний урок, и это жутко злило и расстраивало.
Подготовка моментально становится неинтересной и изнурительной, хочется поскорее попасть домой. Хотя несколько неделями ранее это происходило только в тех случаях, когда здесь находился Чонгук.
Временами наполняющее меня чувство стыда за свою слабость перед Чонгуком и огромная ответственность отрезвляли и заставляли работать дальше, невзирая на своё подвешенное состояние. Получив порцию безостановочного потока мыслей, я встряхнула головой и отставила реквизит в сторону. Иногда подумывала о том, чтобы написать ему сообщение, но тут же пресекала это, опасаясь показаться навязчивой.
В кладовой становится все более жарко, и открытое окно нисколько не спасает ситуацию, от чего делать декорации становится всё более невыносимо. Может это и счастье, что Чонгука здесь нет? Если бы он стоял вместе со мной в этой комнате и как обычно съедал меня своими лисьими глазами, эта духота убила бы меня заживо.
