Рассказ о сумасшедшей Голове поначалу не вызывал у слушателей доверия. Кивающего на каждое мое слово китайским болванчиком Васю выдавала хитрая морда. Типа, понимаем, не вчера с колхоза приехали, что весь твой рассказ – сказочка для полицейского протокола. А что на самом деле случилось, я поведаю ему потом, в приватном разговоре. К тому же ни за какие коврижки друг не признал бы, что тупо проспал в обнимку с Олежей такое замечательное приключение.
Господин лейтенант тоже отнесся к моим показаниям довольно скептически. "Не верю!", как Станиславский, не кричал, но и за чистую монету принимать рассказ, судя по выражению лица, отказывался. Думаю, тут сказывался его богатый личный опыт общения с нарушителями закона. Беклемишев прекрасно знал, что преступники редко когда сразу признаются в совершенных злодеяниях. На допросах юлят, а если показания нельзя проверить – вообще лгут напропалую. И неустанно клянутся, что ни в чем не виноваты. При нужде присягнут в этом хоть на Универсал-Библии, хоть на Костях Павшего Оленя. Лишь бы не отправиться валить лес, ковыряться в торфянике или колоть экзотический цветной лед для коктейлей. Нужное подчеркнуть. Единственное, чему полицейский поверил безоговорочно, так это описанию до жути прямолинейного марш-броска андроида через болота. И то, наверное, потому что сам лично видел просеку, проложенную от замороженных кусков автолестницы до какого-то там Жабьего Колодца, откуда достать робота проблематично будет, ибо зело борзо глубоко.
Кто бы знал, как я обрадовался, когда наконец-таки покончил с рассказом о моих приключениях. Если считать за таковые вынужденное самозаточение в вонючем чемодане и подглядывание за проделками Крокодильи боги знают чьей головы. В гробу я видел такой вуайеризм…
От долгой болтовни в горле так пересохло, будто памперсы жевал. С нескрываемым вожделением я прирос взглядом к отодвинутой на другой конец стола упаковке пива. Но попросить не решался. Господин лейтенант отключил диктофон, и с тоской в голосе произнес:
– Зря я все-таки, Дима, оставил тебя без присмотра и пошел спасать от врачей-вредителей твоего соседа по надувному особняку, богатыря нашего, Васятку. Никогда себе не прощу!
Офицер встал с сомнительной чистоты скамейки и стал, заложив руки за спину, прохаживаться по камере – от двери до зарешеченного окошка туда и обратно. Когда на очередном заходе господин лейтенант повернулся к нам спиной, я стащил-таки еще банку пива. Сделал пару добрых глотков и, умиротворенный, стал с интересом слушать. По словам Антона Петровича выходило, что я – хитрая, коварная тварь, каких свет не видывал. Чуть ли не наместник диавола на земле. При всем том как-то умудряюсь скрывать свою козлиную сущность под личиной невинного агнца:
– До встречи с вами, ребята, признаюсь, я был ужас каким простофилей. Доверял анкетам, характеристикам с места работы, а иногда даже откровениям сетевых дураков в "Соплеменниках". Наивно считал, что о любом человеке можно судить по тому, как за глаза о нем отзываются сослуживцы в курилке… Думал, что худо-бедно разбираюсь в психологии людской… Почему-то сразу для себя решил, что в вашей "сладкой парочке" заводила именно Василий. Ну не старый ли я дурак? Повелся на стереотип, что если бугай – косая сажень в щеках, значит непременно альфа-самец…
Падкий на лесть Вася демонстративно отсалютовал банкой пива. Типа, да – я такой! Весь из себя харизматичный бэд бой, завсегдатай вонючей подворотни, лично знакомый с участковым.
– … как я жестоко ошибался! – продолжал тем временем господин лейтенант. – Оказалось, что кудрявый здоровяк в данном криминальном дуэте – так, удобная ширма, актер второго плана. За широкой спиной которого "серому кардиналу" Дмитрию Балясину, истинному мозгу банды, так вольготно обстряпывать темные делишки… Вот скажи мне, Дима, за каким чертом ты вопреки моим четким указаниям завис около пожарной машины? Не иначе, чтобы поглазеть на драку приезжих люминесцирующих… или люминесцентных? ученых дураков с нашими доморощенными придурками из пожарной охраны… Так, любознательный ты наш?
– Так… Интересно же было, кто победит… – виновато промямлил я. – А потом пришлось задержаться, чтобы телефон найти. Кто же знал…
– Молчи уж лучше! – в сердцах сказал Антон Петрович, и с горя тоже откупорил себе банку пива. И, хорошенько промочив горло, сменил гнев на милость. – Ладно, что было, то свинья зарыла… Я тоже хорош, признаться… Возомнил в одиночку изловить самую матерую банду контрабандистов в Регионе. Сел в засаду как путняя Феня – листочками-веточками прикрылся, разве что харю узорами не изрисовал. Оружием еще, дуралей, что твой Рэмбо обвешался с ног до головы! Чтобы табельной пукалкой и старой охотничьей фузеей тестя напугать преступников… Тьфу!
Господин лейтенант прикончил напиток и, получив от услужливого агента Василия новую банку, наконец-то перешел от пустого сотрясения воздуха к делу:
– А если начистоту, операцию "Ловля на живца" можно в целом и общем считать успешной. Да! Да! Несмотря на тот прискорбный факт, что сокровища у нас все-таки стырили…
