– Бойцы! Пока здесь трется патруль – пончики с кофе, наверное, лопают, сволочи, – нам не выйти. Загребут до выяснения однозначно. Хоть бы даже с единственной целью – выиграть негласный конкурс на самого прикольного клиента "обезьянника". А валить отсюда надо как можно скорее: наши "друзья" скоро будут здесь. Уверен, что с заложниками в багажнике, без них ли, они не рискнут лишний раз светиться перед полицейскими. По-всякому дождутся пока эти лодыри уберутся восвояси. Так что минута-другая, чтобы перебазироваться обратно в зассаный ельник у нас будет…
– А на хэ нам туда базироваться? – перебил Босса Костолом. – Как откроют конуру – вырубайте этих уродов своими железными грабками, и хэппи энд делу…
– Да я бы рад, Костян… – рассеянно ответил господин лейтенат. – Вот только не факт, что вся эта шайка-лейка притащилась сюда в полном составе, с заложниками в багажнике вместо запаски. Преступники тоже не дураки: вполне могут какого-нибудь шпыня, мелкую сошку, на разведку послать, чтоб посмотрел чего тут как… А Вася и Анька могут быть до поры до времени могут быть спрятаны где угодно. И этот шпынь не скажет где, сколько ему яйца, как ты говоришь "железными грабками" не сдавливай. Потому что не знает. Опять же андроид меня смущает. Прошлый-то бой я ему вчистую продул…
"Все-таки Босс – великий конспиратор. О существовании Головы ни слова, ни намека, " – мысленно позавидовал я умению Беклемишева "фильтровать базар".
Тут господин лейтенант замолчал, всецело переключив внимание на происходящее снаружи. Через какое-то время к смотровой щели был вызван Костолом. Видимо, Боссу требовалась помощь хоть кого-то, знающего базарные порядки, чтобы разобраться в происходящем. Мне тоже хотелось глянуть, что случилось, да какое там…
Но занятие я себе быстро нашел. Ведь из-за патруля и последующей следом сигнальной иллюминацией мы толком так и не успели осмотреть смежный павильон №18. Хотя слово "осмотреть" тут малоподходяще, ибо смотрят, как правило, глазами. Что в практически полной темноте совершенно неэффективно. Ну да я с некоторых пор непривередлив. Слух, обоняние и, в первую очередь – осязание, в принципе, довольно неплохо помогли мне разобраться в тонкостях дизайна №18.
С помощью осязания я нащупал в углу павильона тележку-поддон, заваленную мешками. Обоняние подсказало мне, что загадочное содержимое мешков представляло собой некую субстанцию с запахом цемента и, я бы сказал, подгорелого металла. От пыли, покрывавшей толстым слоем пол ларька, я жутко расчихался. Но это так, пустяки. Зато отсутствие специфического трупного запаха вселяло надежды, что Василий и племянница господина лейтенанта живы. А органы слуха, то бишь уши, помогли мне обнаружить почти бесшумно работающую вентиляционную систему и услышать, как господин лейтенант гневным шепотом приказывает мне под страхом затыкания рта моим собственным париком прекратить чихать.
Угроза возымела действие, и с чиханием я кое-как справился. Начал дышать ртом, а нос прикрыл широким рукавом толстовки клоуна Бима. От всех этих дел под гримом я упрел, и шелест вентилятора навел меня на мысль подставить под него лицо, чтобы малость освежиться. Но не тут-то было. Как оказалось, вентилятор гнал ночную прохладу не в павильон, а куда-то вниз, за поддон с мешками. По крайней мере, вентиляционная шахта уходила именно туда. Опять таки под штабель мешков были зачем-то протянуты провода с крыши павильонов. Хм… Даже без натянутого на стене холста с нарисованным очагом было понятно, что здесь кроется какая-то страшная тайна…
– Дима! Костян! – отвлек меня за шаг до разгадки тайны павильона №18 господин лейтенант. – Кажется, нашлись еще желающие получить с нас, паршивых овец, хоть шерсти клок.
ГЛАВА 22. Мышеловка.
… Патрульные уехали, – задумчиво произнес Беклемишев. – Но перед тем высадили из машины аниматоров, которых мы у въезда на барахолку видели: человека-ящерицу и человека-лягушку. У обоих тяжелые на вид сумки. Кто знает, что там у них… Будьте готовы к любому форс-мажору!
– По ходу этот ваш конкурс на самого чморного зэка отменили, раз этих уродов отпустили, – не удержался, чтобы не съехидничать, Костолом.
– А фея что, не с ними? – в свою очередь зачем-то спросил я.
– Феи не видно… И это меня не на шутку беспокоит, – ответил Беклемишев, не отрываясь от смотровой щели. – Как бы эта, мать ее, фея, еще сюда какого-нибудь ху… животное с пулеметом на подмогу не привела… Опа! – господин лейтенант на некоторое время смолк, а потом с нескрываемым удивлением в голосе cказал:
– Этого мне для полного счастья не хватало! Сюда вопреки приказу и здравому смыслу тащится колымага рыжего клоуна Бома… Предал или захвачен?! Вот в чем вопрос… Чтоб меня! А вот и хозяева ларька изволили появиться… По-любому их внедорожник буром прет. О! Радуйся, Костян!… Кажись, твой мотоциклет следом заворачивает, в целости и сохранности…
