Звёздный свет полностью

– Почему? – Она отпустила платье.

– Потому как тебе не нужно становиться жертвой, чтобы получить статус героя.

– Я бессмертна, Адам. Пока у меня есть кости крыльев, я не могу умереть.

– Уйдешь с нами и получишь место в команде. – Так-то.

Мечта сбылась.

План выполнен.

– У них есть данные моего удостоверения. Робби выследит меня, и я стану обузой для команды.

Ты и так уже обуза. Но я держал свои мысли при себе, будучи достаточно сообразительным, чтобы понять: повторное напоминание об этом заставит Найю сделать все наоборот.

– Вот только ты ничего не знаешь, так что у него не будет причин выслеживать тебя.

– На самом деле, кое-что знаю.

Ноа перестал насвистывать, подтверждая, что все это время подслушивал.

– Пабло планирует переворот.

Я выпустил воздух, застрявший в легких.

– Об этом мы уже догадались.

Она нахмурилась, будто обидевшись, что мы не посветили ее в это, а затем смочила губы кончиком языка.

– Что ж, полагаю, он собирается использовать «Девушек Круга» для достижения цели.

Я оторвал взгляд от ее влажных губ.

– Младший Перес сказал тебе это?

Найя положила ладонь на живот, словно ее платье было застегнуто слишком туго. Учитывая то, как плавно оно огибало фигуру и приподнимало грудь, определенно так оно и есть.

– Да. Он признался, что хочет покорить свой народ и что, приведя нас, он продемонстрирует им, насколько изобретательным может быть. – На ее щеке появилась ямочка, будто она прикусила ее изнутри. – Почему он Тройка? Какие у него грехи?

– Из-за него исчезают люди, – отшутился я.

Пальцы Найи замерли.

– Так написано в анкете грешника?

– Нет, но, поскольку я не потерял ни перышка, думаю, мое предположение верно.

– Считаешь, он планирует заставить исчезнуть пятьдесят одну девушку?

– Разве для него это так сложно? – спросил Ноа, теперь полностью вовлеченный в разговор.

– Как это поможет ему в перевороте? – Глаза Найи затуманились в задумчивости, но стоило ей взмахнуть темными ресницами, и задумчивость исчезла. – Одна из ваших теорий – план с заложниками. Думаешь, он использует нас, чтобы вовлечь Великобританию и обвинить в исчезновениях своего отца?

Я не уловил этой связи.

Ноа достал телефон из кармана пиджака. Взглянув на экран, он сказал:

– Десять минут, как Эмми вернулась за стол.

Другими словами, в любой момент кто-нибудь может прийти за Найей.

Она погладила влажное голубое пятно.

– Ребята, вам пора уходить отсюда.

Я кивнул в сторону узкого горизонтального окна, которое Ноа уже открыл.

– После тебя.

– Адам, я не пойду.

Я подошел вплотную, так близко, что Найе пришлось вытянуть шею, чтобы не спускать с меня глаз.

– Что ж, а я не уйду без тебя.

– Наверху пятьдесят девушек. Если нас собираются похитить, то я хочу быть уверена, что окажусь среди них, дабы ты мог выследить и спасти всех.

– Мы наденем эти чертовы серьги на другую девушку.

– Адам, – прошептала она на вдохе.

– Мы продолжим охранять их. – Мы стояли так близко, что я чувствовал тепло ее кожи, слышал ее дыхание, ощущал трепет ее сердца. – Ты ведь этого хотела, Найя. – Я сделал еще один шаг, подтолкнув ее к окну.

Но она стояла на своем.

– Я не могу их бросить, но… – Ее грудь приподнялась, задевая мою.

Сквозь шелк платья Найи и ткань моей рубашки я уловил трепет ее пульса, быстрый и отчетливый, зеркальное отражение моего.

– Но что?

– Но забери отсюда Эмми. Она очень милая и не заслуживает того, что ее ждет.

Мои колени подкосились, что вызвало спазм в выздоравливающей икре.

– Она сама подписалась на это.

– Она не подписывалась становиться пешкой в хитроумной схеме двух Троек. Ни одна из этих девушек не желала подобного. – Найя прижала ладонь к моей груди и надавила, но я не отступил. – Кроме меня. Я подписалась добровольно.

Мне не хотелось забирать Эмми, я желал забрать Найю.

Подальше от Переса-младшего.

Я не хотел, чтобы он называл ее своим солнышком.

Она ему не принадлежит.

Хотелось бы мне вернуться в прошлое, в ту ночь, когда мы с Найей встретились, и предложить ей место в команде. Если бы я лучше разыграл карты, она не стала бы ввязываться в эту злополучную экспедицию.

– Мне нужно вернуться наверх. – Ее тон был мягким, как пух, но острым, точно перо.

– Перышко, – пробормотал я, слово само слетело с языка.

Вместо того чтобы оттолкнуть, ее пальцы вцепились в мою рубашку.

– Прости?

Прозвище прозвучало так правильно, что я мог только удивляться, как не подумал об этом раньше.

– Ты не можешь унаследовать титул отца, поэтому наследницей тебя не назовешь. Ты не бесхребетная, так что «Червяк» тоже несправедливый выбор, и хоть убей, но я не помню, чтобы называл тебя так, и уж тем более не думал о тебе и беспозвоночных в одном контексте. Темные и сияющие, точно ночной океан, глаза Найи сфокусировались на моих.