Роды, работа и наплевательское отношение к своей фигуре сделали Джорджи рыхлой и бесформенной. Ей было не избавиться от усталости. Она постоянно не высыпалась. Какой там фитнес! Ее девичья талия осталась в воспоминаниях. Она расставляла одежду, в которую не влезала, не удосуживаясь купить новую, по размеру. Во время второй беременности, когда стали распухать пальцы, она сняла обручальное кольцо, а потом даже не стала отдавать его в растяжку. Кольцо так и лежало на фарфоровом блюдце, среди прочих вещей на комоде.
Нил с годами только хорошел, обретая привлекательность зрелого мужчины. Джорджи не хотелось смотреть на себя в зеркало.
Иногда, в ее редкие выходные дни, они вчетвером отправлялись в парк. Джорджи видела, как няньки и неработающие мамочки пожирают Нила глазами. Обаятельный синеглазый отец с ямочками на покрытых легкой щетиной щеках и две очаровательные смеющиеся малышки с кукольными личиками.
– Джорджи, ты еще здесь?
– Конечно, – ответила она, прижимая трубку к самому уху.
– Похоже, сегодня связь работает неважно.
Она все время забывала, что говорит с Нилом пятнадцатилетней давности. С тем Нилом, каким он был тогда. Еще не совсем ее. Еще не совсем решившим дальше идти по жизни рука об руку с Джорджи. Его характер был более взрывным, а лицо – куда бледнее. Но главное – он не расстался с Джорджи после их дурацкой ссоры. Она по-прежнему восхищала и удивляла его.
Даже сейчас, когда его настроение было далеко не радужным.
Даже сейчас, отделенный от нее территорией десяти штатов, он считал Джорджи большей наградой, чем он заслуживал. Он и не рассчитывал на такой подарок судьбы.
– Я люблю тебя, – сказала она.
– Джорджи, у тебя сегодня ничего не случилось?
– Ничего… – Ее голос чуть дрогнул. – Я просто тебя люблю.
– Солнышко мое, – уже нежнее, с тревогой в голосе произнес он. – Я тоже тебя люблю.
– Но недостаточно. Ты сейчас об этом думаешь?
– Что? Нет. Я совсем об этом не думаю.
– Недавно думал, – напомнила ему Джорджи. – Ты думал об этом, пока ехал из Калифорнии до Колорадо.
– Зачем ты напоминаешь мне? Это нечестно.
– Нил, а вдруг ты был прав?
– Джорджи, пожалуйста, не плачь.
– Но ведь ты говорил эти слова. И еще ты сказал, что всерьез думал об этом. А теперь мы будем делать вид, словно ничего не было? Почему мы не говорим об этом? Почему ведем себя так, словно все идет прекрасно и удивительно? Все совсем не прекрасно и не удивительно. Ты в Небраске, я здесь. Скоро Рождество, которое мы собирались праздновать вместе. Ты меня любишь, но, быть может, этого недостаточно. Таков ход твоих мыслей.
– Нет. – Нил откашлялся и повторил: – Нет. Возможно, я так и думал, пока ехал из Калифорнии до Колорадо. А потом я… устал. Устал в буквальном смысле слова. Такая усталость бывает опасной, когда сидишь за рулем. Потом еще эта передача о пришельцах. И восход. И радуги. Я же рассказывал тебе о радугах?
– Рассказывал. Но я не понимаю, при чем тут они?
– Да ни при чем. Говорю тебе: я устал. Устал злиться. Устал думать о тупиках и о том, что чего-то недостаточно или может оказаться недостаточно.
– Значит, после суточного бдения за рулем ты решил, что тебе лучше не расставаться со мной?
– Не надо так.
– А вдруг ты был прав? Что, если одной любви недостаточно?
– Я как раз сегодня думал… Это невозможно знать заранее.
– Что невозможно знать? – допытывалась Джорджи.
– Достаточно или нет. Откуда человеку знать, достаточна ли его любовь к другому человеку? Это идиотский вопрос. Если влюбляешься, если счастлив, кто ты такой, чтобы спрашивать, достаточно ли этого, чтобы и дальше быть счастливым?
– Но такое происходит сплошь и рядом, – сказала Джорджи. – Люди влюбляются, а потом расстаются. Одной любви не всегда бывает достаточно.
– Приведи хоть один пример! – потребовал Нил.
Первое, что пришло ей на ум, – концовка фильма «Касабланка» и крах брака Мадонны и Шона Пенна.
– Любить кого-то – это еще не значит, что с тем, кого ты любишь, у тебя непременно получится совместная жизнь.
– Идеальные совпадения характеров встречаются лишь в плохих романах, – сказал Нил. – Любовь – только фундамент. А совместная жизнь – дом, который строят двое. И это такая стройка, куда рабочих не наймешь, сколько бы денег у тебя ни было.
– Но…
Джорджи прикусила язык. Ей не хотелось разубеждать Нила, даже если он и был неправ. И даже если она была единственной, кто знал, насколько он неправ.
Чувствовалось, разговор этот стоил Нилу немалых душевных сил.
– Если люди достаточно любят друг друга, это тоже еще не гарантия, что у них все пойдет как по маслу…
«Если
– Я хотел сказать… Возможно, такого понятия, как «достаточно», вообще не существует.
Джорджи вытирала глаза краем его футболки.
– Джорджи, ты не согласна со мной?
– Я думаю… я
– Так это же хорошо, – подумав, сказал Нил.
– Да?
– Конечно хорошо.
– И после моих слов ты, наверное, хочешь повесить трубку и завалиться спать?
– Нет, – засопел он.
