Чанмин решил ничего не скрывать – а какой в этом был смысл, если его слуга все равно мог прочитать фанфик? И он признался, что являлся вампиром, а Хичоля в качестве первого обращенного выбрал из-за сходства со своим могущественным и жестоким, но, к счастью, несуществующим господином. И певец, разумеется, вышел из себя. Как это вымышленное убожество посмело сломать ему жизнь из-за написанной какой-то русской поклонницей истории?!
- Впервые жалею, что на меня пускают слюни идиотки по всему долбаному земному шару, уж лучше бы популярность Super Junior за рамки Кореи не выползала! – орал айдол. – Вон они там какие нестандартные: Хичоль – господин Чанмина, который принес ему много страданий! Пиздец, а не кроссовер!
- Не могу не согласиться, – признал Чанмин.
- И чтоб я теперь такому убожеству подчинялся… Меня, между прочим, мама на свет произвела, а не фантазия какой-то девки с уймой свободного времени! И, кстати, ты почему живой-то? Вы же мертвыми в реальности появляетесь.
- Да, если не приносить человеческие жертвы, – уточнил Чанмин, которому Кукурузник рассказал тайну его «рождения». – Мы не живые. Нужна чужая жизнь, которая переходит в нас. Душа. Или энергия, если твоя атеистическая натура этого не приемлет.
- Ну охуеть теперь! – коротко и ясно прокомментировал Хичоль.
Певец был уверен, что никогда не сможет привыкнуть к своему новому положению. Однако он ошибался. К тому моменту, как вымышленный Джунсу раскрыл перед своими товарищами правду, он уже считал себя частью этого неполноценного, но забавного коллектива. Случилось прямо противоположное тому, что он испытал во время романа с Хангеном из фанфика: эти несчастные жертвы «OOC» стали казаться ему не копиями друзей, а совершенно другими людьми. И его сердце заныло от боли, когда им сообщили правду. Все то хорошее и плохое, что происходило с ними до попадания в реальность, было частью сюжета. Джеджун мог бы и не страдать, если бы автор придумала что-то более позитивное. Юно не был бы аристократичным вожаком стаи, если бы автор не обожала сильных и властных оборотней. Джунсу никогда не стал бы великим художником, если бы автора не возбуждали сцены написания портретов с обнаженной натурой. Ючон бы имел образование и жил в комфортных условиях, если бы автор не превратила его в какого-то викинга будущего…
Так хотелось уберечь их от горькой истины.
- А ведь теперь все сходится, – отрешенно пробормотал герцог, выслушав рассказ Хичоля.
- У нас нет ни своих лиц, ни имен, – мрачно сказал Джунсу.
- А у меня еще и жизни нет, – глухо произнес Джеджун. – Ну, я смотрел российский фильм с таким же сюжетом. Про девушку, которая встречалась с парнем еще в школе, потом увиделась с ним, женатым, через много лет… Ее подруга-феминистка забеременела и хотела избавиться от ребенка… Я – плагиат. А еще… Хичоль, только скажи, пожалуйста, правду… – Джеджун помолчал, собираясь с силами, чтобы высказать ужасное предположение. – Я – извращенная эротическая фантазия?
- Очень извращенная, – ответил вместо певца Джунсу. – Баба без сисек… Хотя, насколько я понял, у некоторых омег немного увеличивается грудь перед рождением ребенка, чтобы можно было кормить. То есть, по сути, и с сиськами, только пенис мешается и вагины нет. Полный изврат, этих авторш в клинику надо.
Джеджун разрыдался: он был именно таким.
- Стоп, не понял. Нас че, кто-то придумал? – удивленно спросил Ючон.
- Аплодисменты: дошло даже до идиота. – Джунсу медленно похлопал в ладоши. – Мне искренне жаль артиста по имени Пак Ючон: какая-то дура решила, будто сделать из него такого кретина – смешно.
- А какая-то дура решила, что вредный Джунсу – это оригинально! – закричал Хичоль. – Ты знаешь, какой он на самом деле хороший, трудолюбивый, честный парень?!
- Не знаю и знать не хочу, – прошипел художник.
- Аристократ, значит… – Юно невесело усмехнулся. – Это все из-за какой-то юной девицы, которая насмотрелась исторических фильмов про Англию… Или начиталась любовных романов про восемнадцатый век…
- И увидела Юно в роли принца в мюзикле «Дворец», – продолжил Джунсу. – Я эти фотографии тоже распечатал, сможешь полюбоваться. Благородный ты наш британец… с деревенской корейской мордой. Хорошо хоть Чон Юно зубы нормальные вставил, а то ходить бы тебе, мачо, экскаватором.
- Я вызываю тебя на дуэль! – воскликнул Юно, резко поднимаясь с дивана.
Джунсу пожал плечами.
- У меня другой фанфик, оставь дуэли в своей ахинее авторства тринадцатилетней школьницы, – посоветовал он холодно.
- А стёб – это типа смешно должно быть? – снова подал голос Ючон. Выглядел майор так, словно Армию сопротивления перебили почти полностью, и терронцы наконец беспрепятственно измывались над населением Земли. – И че же в моей жизни смешного? Над чем тут ржать? Война – это весело?
- А Ким Джеджун знает про таких, как я? – тихо спросил омега. Хичоль кивнул. – И его… не тошнит от нас?
- Нет, ему это кажется забавным, – признался Хичоль. – Да я и сам часто омега… У меня имидж женственный… Я половину своей группы родил, теперь EXO плодить взялся…
