Настало время концерта. Хичоль уже поболтал с Чонсу и даже от души влепил своему лидеру по спине, когда зазвучала песня «Keep Your Head Down». Чанмин, впервые выступающий перед такой большой аудиторией, и ничего не подозревающий Юно вышли на сцену. «Что же им надо?» – подумал Хичоль, после чего едва не шлепнулся на пол – к выходу приготовились одетые в нужном стиле… JYJ.
- Что происходит? – в ужасе спросил Хичоль.
- Даже не спрашивай, – одними губами отозвался Джеджун, поправляя микрофон.
Раздалось традиционное:
- You know what time it is?!
- This is… return of the FIVE!!!* – крикнуло трио, выходя на сцену.
Сначала поклонницы молчали, не веря своим глазам, а потом началась такая истерика, что в первые секунды певцы сами не слышали песню.
- Это полный пиздец? – спросил макнэ Кюхён, появляясь за спиной обомлевшего Хичоля.
- Судя по всему, он самый, – ответила «вселенская звезда». – Ладно, расслабься, скоро наша очередь…
- Вы знаете, какое сейчас время?!
- Это возвращение ПЯТЕРКИ!!!
====== Глава 27 ======
МЕХИКО
- Вы можете нам честно сказать, кто вы такие? – уже почти слезно умолял Чанмин, сидя на кухне в мексиканском особняке. – Вы ведь мои друзья, правильно? Готовили розыгрыш на Первое апреля, но из-за дел его пришлось отложить?
- Мы – герои фанфиков про твоих друзей, – раздраженно сказал Джунсу, скрестив руки на груди. – Сколько раз повторять?
- Но такого не бывает! – резко заявил Чанмин. – Или вы из шоу двойников?
- Точно, шоу, – решил Хёкдже. – Дальше спрашивать бесполезно.
- Да у всех нас – способности, которых в реальности нет, – настаивал Джунсу. – Кю, полетай по комнате. Или вон чашку подними, не прикасаясь к ней.
Кюхён молча покачал головой. Он даже не старался быть безмятежным – уйдя, корейский певец словно забрал с собой его душу.
- Черт с тобой, страдалец, – поморщился Джунсу. – Ючон, лбом стол разобьешь?
- Су, ну хватит, – обиделся майор. – Нам не надо доказывать этим мужикам, что мы ненастоящие. Че эта Хичолина сказала? Спрятать их понадежнее, защитить. Все, защищаем. А уж пусть че хотят – то и думают.
- Джентльмены, – улыбнулся Юно, поднимаясь из-за стола, – сейчас я покажу кое-что поистине удивительное.
Он стал раздеваться, из-за чего все артисты сбились в кучу, подозревая герцога в извращенных намерениях.
- Он же не будет нас трахать этой своей махиной? – испугался Хёкдже.
- А кто его знает… – Чанмин фактически залез к нему на колени, пытаясь отползти подальше от медленно снимающего одежду Юно.
- Его дурная светлость в своем репертуаре, – усмехнулся Джунсу. – Слэш, написанный тринадцатилетней девочкой.
- Тебе напомнить, мой флаффный друг, как ты называл майора «малышом» и дарил ему цветочки? – поднял брови Юно.
Джунсу тихо зашипел.
- Внимание! – сказал герцог. – Прошу всех оставаться на своих местах!
Обычно он превращался в волка быстро, но теперь, специально для публики, продемонстрировал трансформацию во всей красе: показал, как медленно деформируется скелет, как покрывается шерстью кожа, и, упав на четыре лапы, закончил метаморфозу, после чего завыл, за неимением луны, на люстру.
Артисты сидели, застыв и боясь не то что пошевелиться, но даже дышать.
- Я вервольф, – улыбнулся Юно, снова став человеком и начав одеваться. – Герцог Кентерберийский, вожак стаи. Да, глупо корейскому артисту быть британским аристократом, но я этим горжусь. Вот это, кстати, – он подошел к Ючону и положил руку на его плечо, – наполовину пришелец, боевой офицер. А это… – Как только его взгляд устремился на Джеджуна, тот поспешно встал из-за стола и покинул помещение. – Это омега. Слышали о таких?
- Нет, – признался дрожащий Чанмин.
- Это такой но… новомодный жанр, – просветил его, заикаясь, Хёкдже. – Там у некоторых мужчин бы… бывает течка, и они рожают.
- То-то он слинял, – сочувственно произнес Донхэ. – Ему, наверное, стыдно.
- Мне бы тоже было стыдно, – честно сказал Ханген.
- Да ты всегда альфа, трахаешь омегу Хичоля, – успокоил его Хёкдже. – Черт, не могу поверить, они правда какие-то… ненастоящие.
- Джеджун! – Кюхён выбежал из-за стола и устремился вслед за плачущим омегой. – Джеджун, пожалуйста, не расстраивайся!
Он догнал Джеджуна в гостиной и обнял его. Омега тихо всхлипывал, вытирая слезы длинным рукавом блузки.
- Я не могу жить в этом мире, – сказал он после того, как Кюхён усадил его на диван и заставил выпить стакан воды. – Всю… Всю жизнь я считал себя чересчур скромным. А теперь выяснилось, что само мое существование – это признак психического отклонения у молодых девушек. Чанмин меня принимал, но теперь его нет… Я бесполезен и отвратителен.
- Вовсе нет, Джеджун! – заверил его Кюхён. Монах встал перед ним на корточки и ласково взял его руки в свои. – Этот мир полон вещей гораздо более отвратительных, чем твоя сущность! Ты остаешься верен своей природе. А здесь мужчины любят друг друга – я и сам грешен – переодеваются в женщин, меняют пол…
