Перед тем, как квинтет отправился на репетицию (вечером предстояло выступление), ему пришлось близко пообщаться с менеджером группы. Бедный мужчина, собравший их в своем офисе, был в глубоком шоке, но клялся, что ни одна сплетня за пределы компании не выползет. Тем не менее, Джеджуну следовало отчитаться о своем загадочном исчезновении перед прессой, а макнэ – об описанном Джунсу нарушении диеты перед начальством. Омега, правда, успел заснуть во время чересчур длинной и монотонной речи менеджера, и Чанмин составил ему компанию, пристроив голову у него на плече; когда оратор, закончив свой монолог, заметил это, то пришел в ярость и хотел отругать нерадивых подопечных, но в дело снова вступил майор, который встал со стула и подошел к возвышавшемуся перед слушателями сотруднику. Менеджер испугался и сбежал от «спидозника» за свой рабочий стол. В Мехико Ючона уже боялись, просто зная, кто он такой, однако в Сеуле это происходило впервые, и ему стало приятно. А Юно снова пожелал вызвать на дуэль… не идиота, конечно, но хоть кого-нибудь.
- Зря вы вернулись в агентство, – заметил менеджер после того, как отпустил группу. Ючон шел последним, и он обращался к нему. – Я всегда считал, что уход вас троих был благоприятен для компании и оставшихся участников. Вот и доказательство. Но уж о том, что вы – гомосексуалист с подобным диагнозом, я даже не подозревал… Прошу вас, никогда больше не отдавайте свои вещи поклонницам, вы же больны. Кстати, с какого года знаете о своем диагнозе?
- Слышь, чмо, – начал майор, закатывая рукава, – я просто…
Юно вдруг ощутил прилив праведного гнева. Какая разница, где родились его предки несколько поколений назад, – важно, что он был британским аристократом. БРИТАНСКИМ. А гомосексуал из этой страны, давшей миру Оскара Уайльда, Фредди Меркьюри, Элтона Джона и Стивена Фрая, не мог оставаться в стороне при таких выпадах.
- Вы что-то имеете против гомосексуалистов? – нахмурился Юно, возвращаясь в кабинет, как наступающая на врага мощная артиллерия.
- Мое мнение роли не играет, но мнение всей страны – другое дело, – дипломатично открестился менеджер. – Вы же знаете, что стажеров с такими явными наклонностями всегда отсеивали, и не просто из-за прихоти продюсера…
- Какая цивилизованность. – Юно потянулся к менеджеру через стол и замер в нескольких сантиметрах от его лица, скалясь. Сотрудник сглотнул слюну и сел в свое удобное кресло, спрятав ладони на коленях. «Лидер» тоже мог быть заразным. – Вы знаете, что нас любят не только в Корее, но и в более либеральных странах, где поклонники спокойно примут известие о нетрадиционной ориентации? А что, если я – ну, предположим, случайно – проговорюсь о своих отношениях с коллегой? И потом – уже совсем не случайно – поцелую его на публике?
- Агентство такого не одобрит, – пришибленно ответил менеджер, втягивая голову в плечи.
- Плевать я хотел на это агентство и зря в суд не подал шесть лет назад, – ухмыльнулся герцог.
Юно ушел, как победитель, а менеджер только мечтал сменить группу.
- Че, поговорил? – спросил Ючон, когда герцог его догнал.
Рядом были некоторые участники других групп, которые деликатно застыли поодаль.
- Поговорил, – ответил Юно, довольно невинно и в то же время недвусмысленно целуя Ючона в губы. Отстранившись, он добавил: – Любовь моя.
- Ты дебил? – тихо спросил майор.
- Нет, дебил ты, – сказал герцог, – а я просто извлекаю из этого выгоду.
- Одуреть, они правда парочка! – взвизгнул Сехун из EXO. – И, значит, оба больные!
- Мы теперь станем новой иконой ЛГБТ-сообщества Кореи, – радостно шепнул на ухо майору герцог. – Будем пропагандировать терпимость к лицам с нетрадиционной ориентацией. Твой диагноз еще больше драматизирует ситуацию.
- Это без меня, мне эти лица – по барабану. – Ючон оттолкнул Юно; со стороны показалось, что он просто устыдился публичного изъявления чувств и разозлился за это на своего любовника.
- Из деревянной головки опять вылетело, что ее обладатель – гей? – Герцог игриво щелкнул майора по лбу.
- Все, хватит, хороший спектакль. – Джунсу взял Ючона за руку и поволок подальше от Юно, бормоча себе под нос – Офигеть, отвернешься – и твоего парня, тупого и по всем статьям стремного, уже зализывает сдуревший альфа-самец коллектива… Кругом разврат. Сейчас вернемся в общагу – так там Чанмина профессор и Донхэ с двух концов трахают, а Настя на это смотрит и мастурбирует. Красота.
Super Junior не сумели добиться организации концерта в тот же день, но поставить его на следующий у них получилось. Это был один из тех удивительных случаев, когда SM Entertinment пришлось платить за то, чтобы их айдолы смогли выступить.
Подготовка шла в бешеном темпе. Во время прогона программы у Хичоля зазвонил телефон. Не его, а пленника Донхэ. Музыку выключили, и вся группа окружила вампира с пиликающим аппаратом.
- Отвечай! – скомандовал Хичоль, вручая телефон Донхэ-альфе. Тот испуганно попятился, но Хёкдже удержал его и заставил взять мобильный.
