- Донни больше нет, – сказал герцог и вынул аккумулятор из телефона.
В прихожей Бэкхён упал в обморок.
====== Глава 45 ======
Руководство SM, узнав о случившемся уже через несколько секунд после выстрела, связалось с ошарашенным стаффом и строго-настрого запретило вмешиваться в творящуюся дребедень. Пострадавшему охраннику оказали первую помощь и обещали выплатить огромную компенсацию; врачам, что увезли брошенного на лестнице Чанёля, тоже пришлось заткнуть рты купюрами. Разобравшись с верхушкой айсберга проблем, воротилы шоу-бизнеса во главе с Ли Суманом отключили все телефоны и погрузились в глубокую тоску. Надвигался страшный, способный смести все на своем пути скандал. А вот какой именно – тут еще оставался выбор.
1) В артистов SM стреляют прямо на сцене! Никаких мер безопасности, да агентство их даже за людей не держит!
2) Вообще-то, стреляли не в артиста SM. Это все какие-то другие люди. Но тогда... ЗА КАКУЮ САМОДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МЫ ПОЛГОДА ПЛАТИЛИ ДЕНЬГИ?! ГДЕ НАШИ ОППЫ?!!
- Я лично принесу извинения за то, что Чанмин пострадал, – решил в итоге Ли Суман. – Сами виноваты, плохая организация охраны. Сфотографируюсь с ним в больнице, подержу за руку, он поулыбается: зла не держит. Объясним, например, что стрелял сумасшедший парень, которого девушка бросила из-за любви к участнику TVXQ. На него же повесим убийство менеджера, мои знакомые в полиции помогут. Останется найти козла отпущения. Проведем беседу со всеми сотрудниками компании, которые еще не в курсе, заставим подписать договор о неразглашении. – Бизнесмен снял очки, опустил голову, устало потер лоб ладонью и раздраженно выпалил: – А потом они все отсюда уберутся. Все эти сумасшедшие покинут страну и больше никогда не покажутся на одном полуострове рядом с нашими айдолами, которых немедленно вернут в компанию.
- Но они же чудовища, – напомнил ему один из подчиненных.
- Нет, – покачал головой Ли Суман. – То есть чудовища, конечно, но вовсе не злые. Они все поймут, когда мы попросим их уйти и при этом пообещаем защитить айдолов, ради которых, по их словам, они это и затеяли. От них – одни проблемы. Уже погиб невинный человек, и дальше может стать только хуже. Пусть перебираются в какую-нибудь глушь и там притягивают к себе неразбериху.
Выбрав план действий, руководство инкубатора для айдолов включило телефоны и продолжило игру «создай тотальной белиберде адекватное объяснение».
Джеджун счастливо заулыбался сквозь слезы, когда получил сообщение от майора, сообразившего, кто переживает больше всех: «Мелоч впорятке». Водитель согласился везти ДжеСу в общежитие, и теперь, когда смерть макнэ не угрожала, омега хотел лишь одного – поскорее очутиться рядом со своим Чанмином, который обязательно успокоит, прижмет к груди и нежно поцелует.
- Рано радуешься, – как всегда, щедро налил дегтя в мед Джунсу. – Уж не думаешь ли ты, что в Минни стрелял член враждебного фанклуба? – Художник, добившись того, что Джеджун резко побледнел и в страхе широко распахнул глаза, набрал номер майора. – Ючони, любовь моя, ты где? В смысле – потом объяснишь? Ты не в общежитии и не за сценой, не с Минни в больнице? Солнышко, я же волнуюсь за тебя! – Ючон быстро попрощался и завершил вызов. Джунсу крикнул замолчавшему телефону: – Ах ты кретин деловой! – Затем, прокашлявшись, сказал Джеджуну: – Там что-то стряслось. Полагаю, стрелял Донни. Ну, и сам подумай, в каком виде ты найдешь своего вурдалака и найдешь ли вообще.
Джеджун по-настоящему испугался. Сердце колотилось так, что в груди почти становилось больно. Когда автомобиль подъехал к общежитию, паника взвилась до невыносимых высот: у входа расположились полицейские машины. Джеджун выбежал из салона, не реагируя на окрики пустившегося за ним Джунсу, блюстителей правопорядка и взволнованных фанатов. Охрана его остановила, но он стал жалобно и отчаянно, словно безутешная вдова у могилы безвременно погибшего супруга, умолять пропустить его в здание. Смотреть на него равнодушно смог бы только камень, и омега с художником получили зеленый свет. Они устремились в блок DBSK, куда полиция как раз догадалась заглянуть (дверь на запасную лестницу была выбита на их этаже).
– Господин Ким Джеджун, господин Ким Джунсу, – сказал один совсем молодой полицейский, – пожалуйста, выйдите, нам необходимо осмотреть помещение.
- Ты нас по именам знаешь? – удивился Джунсу. – Стыд и позор, юноша.
Полицейский непонимающе уставился на артиста, осудившего интерес к собственной группе.
- Тут, на первый взгляд, ничего интересного, – сказал его коллега, подходя к нему. – Только в одной спальне на полу маленькая горстка пепла: судя по разводам, не заметили, когда пол вытирали. Что, господа айдолы, – он усмехнулся, – напиваемся вдрызг и курим прямо в комнате?
- И проституток водим, большие мальчики уже, – ехидно улыбнулся Джунсу.
Полицейский, знавший артистов, печально опустил взгляд в пол. Художник сразу определил в нем фанбоя, точно так же, как нежные девочки, верившего в непогрешимость «хёнов».
