- И правда, – согласился Джеджун, вертясь перед зеркалом. В последнее время он особенно волновался. Против живота Чанмин ничего не имел и даже постоянно гладил его, общаясь с сыном. А грудь? За две-три недели до родов она появляется. Даже Хёкдже смеялся, потому что в его фанфике это было не так. Чанмина бы стошнило? Хотелось плакать и тоннами есть огурцы. Джеджун теперь все время хотел свежих огурцов.
- У Алекса такая красивая мама, – восторженно произнесла Сильвия. – Моя мама тоже была красивая.
- Конечно, поэтому у нее такая красивая дочка, – мягко ответил Джеджун. – Ну, думаю, с одеждой хватит. Поехали домой. Тебе надо покушать.
- Тут есть еще детский отдел! – Сильвия проскакала по магазину. – Платье, тетя Дже!
- Обещай потом съесть весь ужин! – строго сказал омега, устремляясь за ней. – И овощи!
- Да-да-да! – прокричала девочка. – Даже у дяди Кюхёна их отберу! Ух ты!!! Розовое! Тетя Дже, оно мне пойдет?
- Это же для совсем маленьких. – Джеджун выдернул шелковистую материю из пальцев девочки. – Пошли дальше. А вон зеленое какое хорошенькое?
- Да глупое, – нахмурилась Сильвия. – Простое.
- Ничего такого! – Джеджун снял платье с вешалки и повел малышку к зеркалу, чтобы приложить к ней наряд. – Ну, смотри! Красавица?
- Тетя Дже, у тебя вкус плохой. – Сильвия пригладила складочки платья. – Оно же такое скромное.
- Тебе уже шесть лет, ты не маленькая, зачем слишком яркое? – продолжил убеждать ее Джеджун. – Вот, гляди. Очень хорошо. И можно на каждый день. Папе понравится.
- Ну, может быть, – неуверенно согласилась Сильвия.
- Не может быть, а точно, – раздался знакомый голос за спинами «тети и племянницы». – Малышка выглядит прекрасно.
- Хичоль, ты вернулся! – Радостный Джеджун выпрямился, повернувшись к гостю, стоявшему в другом конце отдела детской одежды. – Неужели ты… за Кюхёном?
- Кюхёна я уже встретил и сделал с ним кое-что очень нехорошее, – беззаботно признался Хичоль. – А потом сразу поехал к тебе. Соскучился.
- Я тоже, – ответил Джеджун, охотно устремляясь к нему навстречу и одновременно поправляя на себе выбранную одежду, чтобы предложить другу ее оценить. – Нам всем тебя очень не хватало, мы следили за новостями о группе. Когда ты успел опять покраситься?..
Джеджун замер в десятке шагов от Хичоля, смертельно побледнев. Тот протягивал ему правую руку.
В черной кожаной перчатке.
США, ШТАТ ВАЙОМИНГ, В 50 КМ ОТ ШАЙЕННА
Особняк, стилизованный под Викторианскую эпоху
Два дня спустя после того, как герцог Кентерберийский, майор Пак, монах Кюхён и вампир Чанмин были в Ялте
В просторном подвальном помещении все было готово для вызова Дьявола. Его вызывали ежегодно, меняя дату лишь для удобства участников обряда, которые работали в правительствах и крупнейших банках своих стран. Дьявол еще ни разу не явился, зато церемония заканчивалась грандиозной вечеринкой, ради которой семь десятков человек и съезжались в горный штат ежегодно.
Сейчас особенно ждали таинственного «Повелителя», учинившего несколько загадочных катастроф разного происхождения и анонсировавшего свое грядущее пришествие, написав о нем облаками в небе. Полагали, что это посланник пресловутого правителя Ада. Ради встречи с ним наняли какого-то потомственного колдуна из Восточной Европы, который вот уже минут тридцать дрыгался по всему освещенному свечами подвалу, городя некую околесицу на смеси латыни с польским и чешским.
- Позорище, – вздохнул сенатор Николас Уайтстоун, пятидесятилетний полноватый мужчина, впрочем, из тех, кого называют «импозантными». Это был один из самых влиятельных людей США, но он впервые согласился явиться на данное мероприятие. – Долго ему еще так?
- Это ритуал, – ответил банкир из Великобритании, его хороший знакомый. – Ритуалу полтора века. Ты можешь нормально его потерпеть? Если хочешь войти в состав настоящей мировой элиты, надо соблюдать наши правила.
- Зато какие там потом путаны, м-м-м, – произнес китайский политик, закрыв глаза. – Есть ради чего терпеть.
Николас тяжело вздохнул и снова посмотрел на «колдуна», которого уже откровенно колбасило.
- А он не болен? – недоверчиво прошептал сенатор, покачиваясь, потому что сидеть на коленях было неудобно. – По-моему, у него судороги…
- Все так, как надо, – шепнул банкир. – Прекрати вести себя неприлично. В Конгрессе это норма, что ли? Вон, погляди на Горбунова. Он из русской Думы – и то спокоен.
- Идиотизм какой-то. – Сенатор Уайтстоун опустил голову. – И что за привычка у сильных мира сего – к Дьяволу подлизываться…
Запертые двери внезапно с шумом распахнулись. Колдун застыл от удивления, прекратив свои бесноватые пляски. Свечи вспыхнули ярче. В центр, где дергался «темный маг», вышли, мерно стуча подошвами ботинок по мраморному полу, три человека. Стройный блондин с довольно нестандартными чертами лица. Коротко стриженный и строго одетый брюнет, чьим взглядом можно было убивать. И женственно красивый юноша с черными волосами до плеч, в костюме и всего одной перчатке на правой руке. Все были азиатами.
