Взяв в одну лапу навигатор, в другую — оружие, я повёл своих бойцов по дороге дальше. Я старался следить за окнами заброшенных домов, зная, что они могут оказаться совсем не пустующими.
Километр мы топали совершенно беспрепятственно и спокойно — Добб подсвечивал дорогу себе и Терминатору, я практически на ощупь пробирался вперёд — и наконец-то мы дошли до минного поля. Как только я оглядел то, что нам предстояло, я сразу понял — не пройдём.
Наверное, в Москве любое мало-мальски подозрительное место можно было считать минным полем, а то, что было перед нами — очень подозрительным. Перед нами располагался целый парк…
Доберман встал рядом со мной, присвистнув. Песец, недовольно кряхтя, поставил ящик на землю.
— Не пройдём. Если на обычных развалах были довольно хитрые мины, то сложно представить, какие ловушки нас ждут здесь…
Парк, а точнее это был целый дремучий лес, был действительно непроходим ночью — я боялся следовать маршруту на GPS, поскольку с предыдущего «коридора» Добб собрал неплохой урожай, который сейчас ждал очередного алчного гада в машине. Деревья за сотни лет спокойствия разрослись до состояния гигантских дубов и сосен, ломая собой асфальт и прилегающие здания. Странно, что лес до сих пор не вырубили — дерева в нашем мире было мало, а тут…
— Дай-ка мне навигатор, — попросил Добб, выключив свой встроенный в голове фонарик. Я отдал устройство псу, и тот потыкал в экран, ища пути обхода.
— А нормально, что мы отклонились от маршрута? Вдруг на той стороне ждёт машина с гранатой в бензобаке, а? — прокряхтел песец, сидя на ящике, — или ещё пара сюрпризов?
— Не думаю, что нас вообще ждут, — проворчал доберман, — В любом случае — вот. В ста метрах от нас есть какой-то переулок, который обрывается за домом. Дальше карты нет, но я уверен, что обходной путь мы найдём.
— Куда тогда? — спросил я, поднимая пулемёт.
— Сто метров — и дорогу надо перейти. Чёрт, это всяко лучше, чем тащиться в эти дебри! Пошли!
Пёс подхватил ящик — так резко и уверенно, что песец не успел сделать это за ним, и ценный груз несколько метров волочился за доберманом по земле.
Как и предсказывала чудо-машинка, как раз через сотню шагов мы нашли небольшую тёмную нишу в развалинах старых домов. Точнее, развалены были только верхние этажи, а первые два ещё держались, причём явно чьими-то стараниями. Расколы и трещины в кирпичах были тщательно замазаны глиной и, в редких случаях, цементом. Некоторые стены стояли на подпорках, другие же аккуратно, кирпичик за кирпичиком, разбирали на строительные материалы.
— Нас здесь кто-то встретит. Тепловизором чую, — спокойно сказал Доберман, входя в переулок. Теперь его глаза стали для нас с Доббом единственным источником света.
— Сколько?
Песец принюхался.
— Чую восьмерых.
— А я вижу одиннадцать, — поправил Добб, посмотрев куда-то на стену.
Стоило ему отвести взгляд от земли, как я тут же споткнулся об неудачно вылезшую у меня на пути корягу и растянулся на земле, не успев снять палец с курка. Я лёг животом на свой собственный пулемёт и стукнулся виском об ствол — тут же пулемёт дёрнулся, великолепно срабатывая на нажатие курка. Он выстрелил, и пуля, просвистевшая у меня в сантиметре от виска и опалив шерсть, ударила в стену где-то в глубине переулка, громко срикошетив.
— Ты чего творишь, а?! — чуть присев, Добб силой поднял меня на лапы. Я даже не понимал, что происходит — только что я смотрел смерти в дуло и выжил только благодаря удаче. Никогда бы не подумал, что можно погибнуть настолько глупо.
— Тише вы! Кто-то идёт! — прошипел песец, поднимая пулемёт. Добб тоже отложил ящик, перехватив свой гранатомёт.
— Добб, гаси свет! — шикнул я на него, в надежде на то, что нас могут не заметить. Не тут-то было!
— Стоять все! — крикнул кто-то в темноте, — Чё вы делаете на нашей территории?
— Проходим, — спокойно ответил Добб.
— У нас проход запрещён! — сорвался другой голос, и послышались шаги сзади.
— Кто вы такие? — спросили нас с другой стороны.
Мне сейчас откровенно не хватала фонарика, чтобы хотя бы оценить обстановку. Единственное, что я мог различить в темноте — то что впереди была стена. Доберман стиснул зубы — он всё видел, всё знал, но сказать об этом не мог, и тем более не мог от них избавиться.
В темноте щелкнул пистолет нападавших, потом два автомата. Не так уж плохо, но и не так уж хорошо.
— Слушайте, мы просто уйдём, — предложил я, но кто-то сверху ответил нам:
— Отсюда никуда не уходят, братки. Только шевельнитесь — и вас порешат…
И как они только узнают, что мы шевельнулись в такой темноте?
— Трое сзади, четверо спереди. Ещё двое на крыше, — на пределе слышимости прошептал Добб.
— Да, и все мы превратим вас в кашу! — снова послышалась угроза сверху. Раздался звук взвода гранатомёта. Я поднял пулемёт.
— Вам что, забавно? — спросил я темноты.
— Ещё как! — последовал ответ и дикий гулдёж за ним.
— Парни, дайте свет! — наконец попросили у крыши, и наверху забренчали прожектора.
— Как только зажгут — палите вперёд и назад, — послышался голос Добба. Я нацелился назад.
