Сын Божий, явившийся во плоти, существовал уже изначала, прежде всех веков, прежде всех тварей. «В начале», говорит Моисей, «сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1); но это небо и эта земля созданы не другим кем, a Иисусом Христом, следовательно, Он есть истинный Бог, существовавший прежде начала неба и земли, прежде всех тварей видимых и невидимых, прежде всех времен и веков. Но небо и земля, созданные хотя и давно, некогда подвергнутся изменению и «погибнут, а Ты пребываешь» без изменения. Они некогда обветшают, как риза, и Ты свернешь их, как одежду, Своей божественной силой, вследствие чего они изменяются; но Ты пребываешь всегда тем же самым, нетленным и неизменным. «Ты тот же, и лета Твои не кончатся», (ст.12; ср. Псал. 101:28[406]). Ты безначален и бесконечен.
Доказав, на основании пророческих слов Давида, что Иисус Христос есть Творец неба и земли, истинный Бог, неизменный и вечный, апостол переходит потом к другому доказательству Божественности Спасителя, заимствуемому им также из ветхозаветных пророчеств: «Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?» спрашивает далее апостол словами Давида (ст.13; ср. Псал. 109:1[407]).
Между христианами из евреев, которым апостол писал свое послание, были, как видно, такие, которые слова псалмопевца: «Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня» и проч. относили к кому-либо из высших ангелов, окружающих престол Божий.
Опровергая такое мнение, апостол спрашивает: «Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня?» Если бы это относилось к ангелам, Давид так и сказал бы, но он говорит: «Сказал Господь Господу моему.» Ангел же не Господь, но раб и служитель Божий, как видно из слов того же Павла: «Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?» (ст.14).
Сидеть одесную Бога — значит, иметь достоинство, равное с Богом, обладать совершенным единосущием и соучастием во всем, что имеет Бог Отец. Но ангелы лишены таких достоинств и совершенств. Они только служебные духи Божьи, посылаемые Богом для наставления и помощи тем людям, которые по своей вере и добродетели имеют наследовать вечное спасение.
«Посему»— продолжает апостол — «мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть» (2:1). Бог, Который прежде многократно и многообразно открывал Свою волю отцам нашим чрез пророков, теперь заговорил к нам в Своем Сыне (Евр. 1:1.2),[408] и если мы внимали словам ветхозаветных пророков, то не «особенно» ли, не с большим ли усердием должны внимать теперь тому, что слышали от самого Сына Божьего, дабы нам, в противном случае, «не отпасть» и не погибнуть?
Почему же нужно иметь большее внимание к словам Сына, чем к словам пророков? Потому что пророки были рабы, a Сын — Владыка. Пророки говорили образно, a Сын возвестил «самый образ вещей» (Евр. 10:1). Проповедь пророков служила только приготовлением к приходу Христу, a то, чему учил Иисус Христос, дарует нам спасение.
Отсюда понятно, что проповедь евангельскую мы должны слушать с большим вниманием, чем проповедь пророков. «Ибо», продолжает апостол, «если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него» (ст. 2, 3)?
Т. е. если слово, «возвещенное» пророками, которые суть не более, как «ангелы», вестники и рабы Божьи, «в нас утвердилось» и подтверждалось реальными событиями, и если «всякое преступление и непослушание» Божественного повеления, возвещенного устами пророков, «получало праведное воздаяние», то «как мы избежим» наказания за нерадение к спасительному слову Евангелия, которое, быв сначала продоведано самим «Господом», утверждено в нас слышавшими от Него апостолами и евангелистами?
Во втором апостольском чтении этой недели (Евр. 7:26-8:2) изображается Иисус Христос, как вечный Первосвященник, имеющий несравненное превосходство перед всеми ветхозаветными первосвященниками.
