В мае 1942 года для восстановления связи с Брайтенбахом и продолжения работы с ним в Берлин был заброшен агент советской разведки Бек (немецкий коммунист Роберт Барт, добровольно сдавшийся в советский плен). Вскоре гестапо напало на след Бека и арестовало его. На допросах под пытками Бек выдал гестапо условия явки с Брайтенбахом и известные ему установочные данные на него.
Его арест и ликвидацию гестаповцы осуществили тайно, чтобы избежать публичного скандала. В служебном вестнике гестапо было помещено извещение о том, что «криминальный инспектор Вилли Леман в декабре 1942 года отдал свою жизнь за фюрера и рейх». Так трагически погиб один из лучших агентов советской разведки, который долгие годы самоотверженно, с огромным риском для своей жизни, честно информировал СССР о подготавливаемой фашистами войне против нашей страны.
В апреле 1945 года Муссолини с некоторыми членами Совета министров и тридцатитрехлетней любовницей Клареттой Петаччи находился на севере Италии в своей последней резиденции в городе Гарньяно на берегу озера Гарда. Узнав о том, что советские войска заняли Вену, а американцы и англичане форсировали Рейн, Муссолини направился к Милану. Там 23 апреля он получил известие о том, что командование немецких войск в Италии начало переговоры с союзниками о конкретных условиях капитуляции. Кроме того, Муссолини сообщили, что Генуя и Парма находятся в руках итальянских партизан. Понимая, что он обречен, Муссолини обратился к гауптштурмфюреру СС Отто Киснату, который возглавлял специальное подразделение немецких автоматчиков, выделенное для охраны дуче:
– Капитан, вы не получили указаний из Берлина в отношении места, куда я должен скрыться в случае опасности?
– Нет, – ответил Киснат. – Знаю только, что германские власти настаивают на вашем пребывании там, где находится немецкое посольство. Сейчас оно переехало из Фасано в Мерано, и мы должны последовать за ним.
26 апреля, когда войска союзников приближались к Милану, Муссолини и сопровождающие его министры покинули город и присоединились к немецкой колонне, пытавшейся вырваться в Германию по левому берегу озера Комо. Колонна состояла из ехавшего впереди бронеавтомобиля, следовавших за ним «Альфа-Ромео-2500» Муссолини, «мерседеса» гауптштурмфюрера Кисната, машины офицеров СС и двадцати шести грузовиков с немецкими солдатами. Однако в городке Муссо колонну остановил патруль 52-й гарибальдийской бригады итальянских партизан. В ходе состоявшихся переговоров было решено, что партизаны пропустят немцев в направлении города Донго после сдачи оружия. Но только в том случае, если они выдадут всех находящихся в колонне итальянцев, которые должны будут пройти особый партизанский контроль.
Пока велись переговоры, Киснат достал для Муссолини немецкую военную форму и посоветовал перебраться в один из грузовиков, а на случай обыска притвориться спящим под влиянием алкоголя. Согласно официальной версии, дальше произошло следующее. При осмотре колонны в кабине одного из грузовиков партизан Урбано Ладзаро по прозвищу Билл обнаружил человека, похожего на Муссолини, и арестовал его.
Но на самом деле опознание дуче произошло несколько иначе, а главную роль в этом сыграл приходской священник городка Муссо Эниа Маинетти. Долгое время об этом ничего не было известно, пока журналисты итальянской газеты «Панорама» в начале 1990-х годов не обнаружили записи Маинетти, в которых он подробно рассказал о событиях того дня.
Когда в городок вошла колонна техники, местный мальчишка привлек внимание патера к одному из грузовиков, в кузове которого стоял крупный солдат в немецкой форме.
– Я подошел поближе к показанному мне человеку – он стоял в шинели и каске немецкого солдата с автоматом наготове возле грузовика. Присмотревшись, я узнал в нем по броской неподражаемой внешности, особенно по характерным скулам, великого дуче. От находившихся рядом женщин я также узнал, что немцы помогали этому человеку подниматься в грузовик и проявляли о нем чрезмерную заботу – лишнее подтверждение тому, что речь шла не о простом солдате.
О своих подозрениях патер Маинетти сообщил сначала партизанскому капитану Барбьери, а затем капитану Беллини. Но несмотря на это около двух часов дня немецкая колонна покинула Муссо и двинулась в направлении города Донго. Там ее остановили еще раз, и только тогда Урбано Ладзаро, которому рассказали о подозрениях Маинетти, задержал Муссолини, находившегося в кабине одного из грузовиков.
