Он много публиковался в журналах «Мир Божий», «Русская мысль» и «Вестник Европы», а также в немецких научных журналах. С 1905 года Ростовцев был активным деятелем кадетской партии, придерживался либеральных взглядов и был противником социалистов, в особенности большевиков. В 1914 году историк был избран членом-корреспондентом Берлинской академии наук, в 1908 году членом корреспондентом, а в 1917 году – академиком Петербургской академии наук. В 1917 году он также стал членом-корреспондентом Британской академии.
Ростовцев категорически не принял Октябрьскую революцию. 27 декабря 1917 года он писал поэту Вячеславу Иванову: «Как Вы поживаете? Как переносите крушение? Черкните, если найдете время, два слова. Очень хотелось бы повидать Вас и побеседовать. Но это, очевидно, в области мечтаний. Утешаюсь мыслью, что в истории бывали времена, когда людям жилось еще хуже. Вряд ли, однако, можно найти эпоху, когда бы в одном месте собралось столько людской подлости. Побиваем рекорд». Летом 1918 года ученый эмигрировал в Швецию, затем, в начале 1919 года, в Англию, а в 1920 году переехал в США. В 1919 году он получил звание почетного доктора Оксфордского университета. В 1920–1925 годах Ростовцев преподавал в Висконсинском университете Мэдисона, а с 1925 года до конца жизни – в Йельском университете, с 1939 года являясь заслуженным (emeritus) профессором. В 1935 году он стал президентом Американской исторической ассоциации. В СССР Ростовцев был исключён в 1928 году из Академии наук и восстановлен посмертно только в 1990 году. Он был одним из самых переводимых на европейские языки историков Античности в 20‐х и 30‐х годах XX века. В последние годы жизни ученый страдал от тяжелой депрессии. Ростовцев умер 20 октября 1952 года в Нью-Хейвене, штат Коннектикут.
