Эти меры в сочетании с договоренностями, достигнутыми с депутатами от ряда правых партий, позволили гитлеровцам 24 марта 1933 года провести через рейхстаг так называемый «Закон в целях устранения бедствий народа и государства». Законопроект поддержал 441 депутат рейхстага, только 84 социал-демократических депутата голосовали против. Этим актом имперскому правительству предоставлялось право издания государственных законов, в том числе таких, которые «могут отклоняться от имперской конституции». Первоначально было установлено, что закон будет действовать 4 года, но в дальнейшем его действие продлевалось, и он оставался в силе до самого конца правления Гитлера. Диктатура Гитлера таким образом получала законодательное оформление.
Одновременно шёл процесс захвата нацистами власти на местах. Национал-социалисты устраивали повсюду манифестации так называемого «народного гнева». Нацистские демонстранты, большей частью штурмовики или партийные активисты, выстраивались перед ратушами и правительственными зданиями, требовали поднять знамя со свастикой и угрожали блокадой или штурмом зданий. В свою очередь, рейхсминистр внутренних дел нацист Фрик использовал это как предлог, чтобы вмешаться, ссылаясь на декрет о чрезвычайном положении. Он смещал земельное правительство и назначал комиссара, как правило, гаулейтера НСДАП, в компетенции которого находилась соответствующая земля, или другого руководящего национал-социалиста, а также в качестве уполномоченных – полицай-президентов (начальников полиции).
Вскоре все политические партии Германии, кроме НСДАП, были либо разогнаны, либо заявили о самороспуске. 14 июля 1933 года был издан так называемый «Закон против образования новых партий», объявлявший НСДАП единственной партией страны и вводивший уголовную ответственность за попытку создания или поддержания существования иных партийных объединений.
В 1960-х годах журнал Spiegel вел собственное расследование этого дела и пришел к выводу, что поджог Рейхстага действительно был делом рук ван дер Люббе – неуравновешенного пироманьяка. Но существует и другая версия: под каким-то предлогом ван дер Люббе в здание заманили, а потом по подземному тоннелю туда проник отряд штурмовиков во главе с Карлом Эрнстом; они разлили в здании бензин и подожгли его.
Третья версия, выдвинутая Уильямом Ширером, гласит, что ван дер Люббе действовал один, о его замысле нацисты узнали случайно: он хвастался своими планами в баре – и поэтому воспользовались ситуацией, сделав его козлом отпущения.
В 2008 году ван дер Люббе был амнистирован на основании закона о несправедливых судебных приговорах нацистских судов, вступившего в силу в 1998 году. В защиту этого человека стоит сказать, что в его действиях было много максимализма и глупости, но не было ничего провокационного и маниакального. Он верил в то, что может помочь всему человечеству в борьбе с нацизмом. Разочаровавшись в коммунистах-коминтерновцах, ван дер Люббе стал ориентироваться на леворадикальные группировки, предпочитавшие метод «прямого действия», а в 1933 году отправился в Германию бороться с пришедшими к власти национал-социалистами.
Мог ли он знать, что результатом его поступка и последовавшего за этим Лейпцигского процесса станет передача политических дел из рук обычных судов в руки специально созданной Народной судебной палаты, которая отменит открытые политические процессы и введет приговоры без судебного разбирательства.
В 1983 году Западная Германия была потрясена аферой Конрада Куяу, который якобы обнаружил неизвестные дневники Гитлера. Куяу сам сфальсифицировал эти материалы – несколько блокнотов с «записями фюрера» 1932–1945 годов – и продал их журналу «Штерн» за многомиллионную сумму. Говорилось также, что подлинность дневников была подтверждена швейцарским адвокатом Макс Фреем, авантюристом с сомнительной репутацией. Эти дневники якобы были написаны собственноручно Адольфом Гитлером в 1932–1945 годах и включали отдельный блокнот, в котором раскрывалась тайна скандального перелета Рудольфа Гесса в Англию.
Эту историю с подделкой дневников впоследствии называли «наивеличайшим блефом в истории прессы». Довольно скоро выяснилось, что дневники Гитлера – фальшивка. Разоблачение оказалось еще большей сенсацией, чем сами дневники. Позже стало ясно, что за мистификацией стояли бывшие нацисты, стремившиеся реабилитировать образ Гитлера. Но на этом дело не кончилось.
