100 великих загадок Крыма полностью

P.S. То было далеко не первое «закрытие» Севастополя. Впервые его закрыли в 1916 году, после взрыва на линкоре «Императрица Мария». После Октябрьской революции запрет, естественно, не соблюдался, но как только советская власть укрепилась, город снова был закрыт вплоть до времен «хрущевской оттепели». С 1956 по 1984 год въезд в Севастополь был свободным, правда, не в весь город. Балаклава, где находилась база подводных лодок, так и оставалась закрытой вплоть до 1996 года, когда там нечего стало «закрывать»…

В годы СССР Артек был витриной счастливого детства Страны Советов. Сюда очень любили возить иностранных премьеров, президентов, королей, лидеров политических партий, космонавтов-астронавтов, артистов, писателей и поэтов. Владимир Тихонович Свистов начал работать в Артеке еще в конце 30‑х. Впервые он появился там в 1936 году, когда его, ученика харьковской средней школы № 112, премировали путевкой в этот знаменитый лагерь за организацию первого в городе авиамодельного кружка. За создание кружка планеристов его премировали повторно. Вторая поездка изменила всю его жизнь – в силу сложившихся обстоятельств он, восьмиклассник, занял место инструктора артековского авиамодельного кружка. По окончании школы понравившийся и запомнившийся руководству «Артека» парнишка через ЦК комсомола был приглашен на работу в лагерь. Работал сначала инструктором авиамодельного кружка, потом старшим вожатым, начальником «Нижнего» лагеря, руководителем методического отдела. Витриной в «витрине» был артековский лагерь «Нижний», позже переименованный в «Морской». Так что прием знаменитостей ложился в основном на плечи Владимира Тихоновича и его подчиненных. Позже как руководитель методотдела Свистов отвечал за прием почетных гостей уже в масштабах всего «Артека»…

Из досье историков: от первых подарков…

В феврале 1945 года в Крыму проходила Ялтинская конференция, на которой лидеры союзных стран решали судьбу послевоенного устройства мира. Пока британский премьер делил мир, его супруга Клементина Черчилль побывала в «Артеке» и подарила лагерю пятнадцать 40‑местных военных палаток. Посол США в СССР Аверелл Гарриман вручил чек на 10 000 долларов. О деньгах скоро забыли, а вот подарок г-жи Черчилль в Артеке помнят до сих пор. «По периметру палатки в точности совпали с фундаментами снесенных во время оккупации домиков, – рассказывает Владимир Тихонович. – Они потом служили верой и правдой почти до конца 50‑х, пока не были построены капитальные корпуса».

Появление же американского посла с его чеком для самого «Артека» прошло почти незамеченным. Чего не скажешь об американцах. За океаном эту поездочку вспоминают до сих пор! «Мы и не подозревали тогда, – вспоминает Владимир Свистов, – что невольно стали участниками самой громкой и удачной разведоперации советских спецслужб». Изюминка была в ответном подарке артековцев. Дети торжественно вручили послу Гарриману выполненный из ценных пород дерева (сандала, самшита, секвойи, слоновой пальмы, парротии персидской, красного и черного дерева, черной ольхи) потрясающей работы американский герб. Личный переводчик Сталина Валентин Бережной, сопровождавший посла, посоветовал тому повесить такого дивного орла у себя в кабинете: «Англичане умрут от зависти!» Гарриман так и сделал. Орел провисел восемь лет. За этот период сменилось четыре посла (Аверелл Гарриман, Уолтер Смит, Элан Керн, Джордж Кеннан), каждый из которых практически полностью менял интерьер кабинета, но герб не трогал. А герб-то был не простой, в нем был спрятан «жучок». При этом конструкция его была такова, что работать он мог сколь угодно долго – микрофон питался не за счет батарей, а при помощи микроволнового излучения от антенны, установленной на соседнем доме. Операция по внедрению микрофона называлась «Златоуст», ее курировал лично Берия. Прослушивание кабинета носило кодовое имя «Исповедь». По одной из версий, операция была раскрыта советским перебежчиком, по другой – микрофон нашли случайно.