11/22/63 полностью

— Когда сегодня под вечер приедут родители этой молодой женщины, — сообщил доктор Эллиртон, — я буду тактичным и обнадеживающем, так как родители нуждаются в такте и надежде. — Он нахмурился. — Хотя следовало бы их увидеть и пораньше, учитывая тяжкое состояние, в котором пребывает мисс Клейтон…

— Мисс Данхилл, — перебила его Элли. — Она по закону разведена с этим монстром.

— Да, действительно, принимаю вашу поправку. В любом случае, вы ее друзья и я считаю, что вы нуждаетесь не так в тактичности, как в правде. — Он хладнокровно взглянул на один со снимков и своим коротким, чистым ногтем постучал по рваной щеке Сэйди. — Это можно улучшить, но исправить никогда. Не с той техникой, которая у меня сейчас есть в распоряжении. Возможно, через год, когда произойдет полное заживление тканей, мне удастся ликвидировать наиболее плохие признаки асимметрии.

Слезы потекли по щекам Бобби Джилл. Она взяла Майка за руку.

— Необратимые изменения внешности неприятны, — продолжил Эллиртон, — но там есть и другие проблемы. Перерезан лицевой нерв. Она будет иметь проблемы с жеванием левой стороной рта. Тот кусок кожи, который вы видите на этих снимках под левым глазом, останется у нее на всю жизнь, также у нее частично поврежден слезный канал. Хотя на зрение это может не повлиять. Мы надеемся, что нет.

Он вздохнул, разводя руками.

— Судя по чудесам, которые когда-то ожидаются от таких вещей, как микрохирургия и регенерация нервов, мы сможем достичь чего-то большего в подобных случаях лет через двадцать-тридцать. А теперь я могу лишь сказать, что сделаю все, на что только способен, чтобы бы исправить то, что возможно исправить.

Впервые подал голос Майк. Голос его звучал горько.

— Плохо, что мы живем не в 1990 году, не так ли?

5

Молчаливая кучка подавленных людей вышла в тот день из госпиталя. На углу автостоянки мисс Элли дотронулась до моего рукава:

— Мне бы прислушаться к вашим словам, Джордж. Мне так жаль, очень жаль.

— Я не уверен, что это что-то могло изменить, — ответил я, — но если вы хотите оказать мне услугу, передайте Фрэдди Квинлену, чтобы позвонил мне по телефону. Он тот агент по недвижимости, который мне помог, когда я впервые приехал в Джоди. Я хочу этим летом быть ближе к Сэйди, итак, мне нужно арендовать для себя какое-нибудь жилье.

— Вы можете жить у меня, — сказал Дик. — У меня полно свободного места.

Я обернулся к нему:

— Вы в этом уверены?

— Полностью, если хотите.

— Я радушно буду платить…

Он отмахнулся:

— Деньгами вы сможете принимать участие в закупке для нас продуктов. И этого будет достаточно.

Дик и Элли прибыли на его «Ранч-вагоне». Простившись, они поехали, а я тяжело поплелся к своему «Шевроле», который мне теперь казался, возможно, незаслуженно, автомобилем, который кличет неудачу. Меньше всего за все прожитое там время мне хотелось сейчас возвращаться на Западную Нили-стрит, где я несомненно услышу, как Ли выливает на Марину свое раздражение от того, что не попал в генерала Уокера.

— Мистер Э? — это был Майк. Бобби Джилл стояла в нескольких шагах позади, с руками, крепко сцепленными у себя под грудью. Вид у нее был пришибленный, несчастный.

— Что, Майк?

— А кто будет оплачивать больничные счета мисс Данхилл? И за все те операции, о которых он говорил? У нее есть страховка?

— Небольшая.

Конечно, даже близко недостаточная для такого случая. Я подумал о ее родителях, но тревожным был уже тот факт, что они до сих пор здесь не появились. Не могут же они возлагать на нее вину за то, что сделал Клейтон…не могут ли? Я вообразить такого не мог, но я прибыл сюда из мира, где к женщинам, по крайней мере, к большинству из них, относятся как к равным. В тот миг 1963 год, как никогда раньше, показался мне чужой страной.

— Я помогу всем, чем смогу, — произнес я, но сколько это буде денег? Резервы денежной наличности у меня были достаточно глубокие, чтобы прожить на них еще несколько месяцев, но недостаточные для оплаты полдюжины операций по реконструкции лица. Мне не хотелось возвращаться в «Финансовое обеспечение» на Гринвил-авеню, но я подумал, что все-таки поеду туда, если буду вынужден. Менее чем через месяц начиналось дерби в Кентукки, а согласно букмекерскому разделу в заметках Эла, победителем там должен стать Шатоге[577], один из аутсайдеров. Прицельная тысячная ставка принесет тысяч семь-восемь выигрыша, достаточно, чтобы обеспечить пребывание Сэйди в госпитале и — по ценам 1963 года — профинансировать, по крайней мере, какую-то часть нужных ей операций.

— У меня есть идея, — произнес Майк, а потом бросил взгляд через плечо. Бобби Джилл подарила ему ободряющую улыбку. — Мы с Бобби Джилл имеем идею.

— Майк, «у нас с Бобби Джилл есть». Ты же уже не мальчик, хватит говорить по-младенчески.

— Правда, правда, извиняюсь. Если у вас есть минут десять, чтобы посидеть в кофейне, мы вам все изложим.

Я пошел с ними. Мы выпили кофе. Я выслушал их идею. И согласился. Иногда, когда прошлое стремится к гармонии, умный прокашливается, открывает рот и подпевает.

6