Поппи надеялась, что Бэк тоже думает о ней, вспоминая, как это было – обнимать и целовать ее в ту ночь, которая была так давно. Она надеялась, что он помнит каждый их поцелуй с тех пор и каждое прикосновение. Она надеялась, что он помнит ее признания в любви, помнит ее тело и звуки ее вздохов.
– Поппи? Какого черта… Ты отшила Бодхи? – Поппи услышала Тэйлора, обратившегося к ней обличительным и в то же время удивленным тоном, и повернулась к нему. Он немедленно оставил все претензии и нравоучения в ее адрес. – Ты плачешь?
Поппи рассмеялась сквозь слезы:
– Да, но я в порядке…
Больше всего Поппи надеялась, что, как и она, Бэк верил, что у них еще будет возможность снова поцеловаться.
Последние несколько месяцев прошли в тумане, и Поппи поверить не могла, что год уже наполовину прошел. На данный момент две тысячи двадцать четвертый показал себя годом, полным сюрпризов, и Поппи чувствовала, что была уже совсем не тем человеком, как год назад.
Во-первых, она была свободна. Во-вторых, ее социальная жизнь была до ужаса насыщенной.
Она постоянно чувствовала усталость, но это, по крайней мере, отвлекало ее от слишком сильной тоски по Бэку. Она думала о нем почти каждый день, но ей некогда было фокусироваться на боли в груди, возникавшей при единственной мысли о нем.
Третьим фактором, который отвлекал Поппи от всего этого, был запуск ее архитектурной и дизайнерской фирмы вместе с Феликсом. Идею предложил он – спустя долгое время с момента, когда Поппи отказалась от этой мечты. Черт, она думала, что Феликс об этом забыл, но оказалось, что отцовство пробудило в нем амбиции.
Поппи занималась большей частью планирования – в конце концов, Феликс был новоиспеченным отцом, – а папа Астрид выступил в качестве инвестора (и потом Поппи намеревалась полностью выплатить ему потраченные средства).
Сейчас Поппи сидела в обитом плюшем кресле в своем новом офисе, удобно располагавшемся в нескольких кварталах от ее дома. Сзади нее нависли Астрид и Феликс, восторженно отсчитывая цифры, и, когда они произнесли «ноль», пальцы Поппи нажали кнопку «опубликовать» на их сайте.
Все трое выжидательно повернулись к телефону, а затем рассмеялись, поняв, как смешны их ожидания, что он сразу же зазвонит.
– Поздравляю, – воскликнула Астрид, потянувшись к Феликсу, чтобы поцеловать его в щеку, на руках у нее был их трехмесячный младенец.
– Спасибо! – сказал Феликс, а затем заворковал, взяв у Астрид на руки малышку Бэлль и поцеловав ее в щечку. – Начнем нашу вечеринку!
Вечеринка по случаю запуска была в полном разгаре, когда еда начала заканчиваться, и Поппи взяла на себя задачу пополнить запасы. На вечеринке присутствовал Джаспер, и хотя они отлично справлялись с задачей друг друга избегать, Поппи чувствовала себя немного некомфортно с ним в одной комнате.
Они хорошо запаслись алкоголем (все-таки на такие вечеринки приходят выпить), но совсем недооценили, сколько понадобится еды. Ближайшим продуктовым был тот, которого Поппи избегала – Whole Foods, в котором, как она знала, закупался Бэк.
У Поппи не было больше вариантов – разве что элитная лавка, расположенная еще на три квартала дальше. Понимая, что ей придется самой тащить оттуда несколько сумок с едой, Поппи отказалась от этой альтернативы. К тому же каковы шансы, что она вообще встретит Бэка?
Взяв тележку и начав набивать ее закусками, Поппи осознала, что шансы велики. Ужасающе, раздавливающе велики. Повернув за угол, она увидела последнее, что хотела увидеть, – Бэка, наклонившегося над холодильником вместе с красивой женщиной, чья рука лежала у него на спине.
Что бы они ни высматривали в холодильнике, Бэка это достаточно занимало, потому что ни он, ни его спутница не заметили, что Поппи бросила тележку, повернулась и практически выбежала прочь из магазина.
Поппи соврала бы, сказав, что удивилась. Она не была удивлена увиденному. Бэк – чудесный, и любой девушке это ясно. Она также солгала бы, сказав, что не боялась этого каждый день с момента их расставания.
Боль была такой сильной, что из душевной перешла в физическую. Как только Поппи оказалась вне магазина, она бросилась к стене только ради того, чтобы сползти по ней на землю.
Бэк сказал, что будет ее ждать, но не прошло и четырех месяцев, как он уже все позабыл. Поппи хотела на него рассердиться или даже вернуться и накричать на него, или даже использовать несколько приемов, выученных на тхэквондо, но решила этого не делать.
Бэк заслуживал счастья. Если он встретил ту, кто сделает его счастливее, чем смогла бы она, то чего еще желать? Кем бы ни была эта женщина, Поппи надеялась, что она любит Бэка. Что она поддерживает его, заботится о нем и заставляет его чувствовать себя чудесным мужчиной, каким он и является.
И хотя Поппи надеялась на все это, ей было плохо до глубины души из-за того, что она только что потеряла. Ей больше не хотелось праздновать, поэтому, вместо того чтобы вернуться на вечеринку, она пошла домой, заползла в кровать и зарыдала.
